Решительно не понимаю нападок на Ленина. Человек брал на вооружение передовые идеи и методы современного ему мира, но не имел доступа к нашим идеям и методам, более совершенным, само собой, а мы судим о нем, как о нашем современнике. Если почитаете 54 том собрания сочинений Владимира Ильича, первое, что вам бросится в глаза - он постоянно проводил исследования окружающей действительности, требовал докладов, запрашивал характеристики, спрашивал обо всем, спрашивал без конца. С долей юмора, но вполне справедливо называть Ленина величайшим Data Scientist'ом докомпьютерной эры. Вот если бы такой выдающийся ум вооружить современными технологиями, уверен, это был бы прорыв. А по поводу политики, проводимой в отношении Церкви... ну, кто с наукой дружен, тому Бог нужен больше всех; а в статье прямо указаны обстоятельства, вынудившие Ленина на крайние меры. Удивляет другое - почему последователи Христа, видя вокруг страшное народное бедствие, уцепились за свои богатства с самой отчаянной жадностью. Неужто сердце не болело за ближнего? Лицемеры ведь, нет?
Решительно не понимаю нападок
Решительно не понимаю нападок на Ленина. Человек брал на вооружение передовые идеи и методы современного ему мира, но не имел доступа к нашим идеям и методам, более совершенным, само собой, а мы судим о нем, как о нашем современнике. Если почитаете 54 том собрания сочинений Владимира Ильича, первое, что вам бросится в глаза - он постоянно проводил исследования окружающей действительности, требовал докладов, запрашивал характеристики, спрашивал обо всем, спрашивал без конца. С долей юмора, но вполне справедливо называть Ленина величайшим Data Scientist'ом докомпьютерной эры. Вот если бы такой выдающийся ум вооружить современными технологиями, уверен, это был бы прорыв. А по поводу политики, проводимой в отношении Церкви... ну, кто с наукой дружен, тому Бог нужен больше всех; а в статье прямо указаны обстоятельства, вынудившие Ленина на крайние меры. Удивляет другое - почему последователи Христа, видя вокруг страшное народное бедствие, уцепились за свои богатства с самой отчаянной жадностью. Неужто сердце не болело за ближнего? Лицемеры ведь, нет?