ЭТО КАПИТАЛИЗМ, ТОВАРИЩ! Господин президент, отобедайте с нами! Непросто писать о житии в интернате для инвалидов и престарелых. "Миссия невыполнима". Сегодняшняя система здравоохранения – это глубочайший провал действующей власти. Хуже, чем при Ельцине!

Картинки по запросу дома престарелых голод картинки

Картинки по запросу дома престарелых голод картинки

Со страниц газеты "Советская Россия" http://www.sovross.ru

Господин президент, отобедайте с нами!

http://www.sovross.ru/articles/1476/28021


Нам непросто писать о своем житии в интернате для инвалидов и престарелых. 
…На первый взгляд все хорошо. Но часто люди уходят отсюда со словами: «Нет, в интернате невозможно жить!» В первую очередь мы страдаем от некачественного питания. Почти всегда ходим полуголодные, особенно по вечерам. 
Наш рацион очень скудный. Утром обычно дают кашу, как правило, без сахара и масла.

 

Сегодня, например, утром ели практически сырую манную кашу, к тому же без соли. Четырьмя граммами масла не помажешь даже кусочек хлеба. 
После завтрака сразу мучительно начинаем ждать так называемого обеда. В час дня, как только раздается звонок, режущий слух, как на зоне, мы всей гурьбой, словно стадо овечек, спотыкаясь и толкаясь, бежим в столовую. Многим не хватает терпения есть суп ложкой – жадно выхлебывают прямо из тарелки через край, а что остается на дне – кусочек картошки или немного лапши – глотают одним взмахом ложки. И в общей сложности наш обед длится не более пяти минут. В душе стыдно, что нас вот так превратили в животных. 
Бывает жидкий суп из ничего. Иногда готовят борщ из картошки, свеклы и двух кусочков моркови. Его, как правило, готовят без капусты, томатов и лука. Естественно, овощи не зажаривают. На второе – две ложки сухого риса и три-четыре малюсеньких кусочка непонятного мяса. Редко потчуют тефтелями: у одной поварихи они получаются на два-три укуса, а у другой – еще меньше. На полдник – один блин, холодный чай без сахара. Кстати, сахар в интернате в большом дефиците…
Меню, конечно, не составляется и не вывешивается возле столовой. Пробу с приготовленной еды никто не снимает. 
Считаем, что мы, пациенты интерната, должны знать норму продуктов на одного человека: сколько полагается сахара, хлеба, масла, мяса, овощей, макарон, мучных изделий, фруктов (последних вообще нет в нашем рационе) и т.д. Правда, в последнюю неделю диабетикам стали давать по яблоку. 
Вот и получается, что мы практически каждый день уходим со столовой голодные. Проходя мимо бака с хлебом, втихаря хватаем по нескольку кусочков и запихиваем в карманы – так мы запасаемся хоть чем-то на нескончаемые скучные вечера… Почему-то вечерами особенно хочется кушать. 
Мужики, побывавшие в заключении, говорят, что там кормят намного лучше, иначе могут устроить бунт. А у нас нельзя – еще выгонят. 
«Знатоки» рассказывают, что для нас, интернатчиков, где-то содержат коз и свиней, но мяса и денег от этого подсобного хозяйства не видим. В нашем интернате для инвалидов и престарелых, кажется, в основном работают приближенные люди начальства – многочисленная родня. Поэтому правды не добьешься – друг друга покрывают. 
От постоянного чувства голода спасает буфет, хотя цены там умопомрачительные. Большинство из нас не имеет лишних денег, ведь 75 процентов пенсии удерживают, вроде бы, на питание и обеспечение одеждой. Обычно мы, записываясь в «черную книгу», в долг берем китайскую лапшу быстрого приготовления и молочные продукты. Но, к сожалению, в мгновение ока набегает большой долг и наступают месяцы натуральной голодовки. 
Люди здесь часто умирают. Конечно, можно ссылаться на старческий возраст и множество болячек, но мы же видим, что многие уходят в мир иной от недоедания и обезвоживания. 
Вдвойне кощунственно, когда наше начальство в соседнем доме – балагане – демонстративно устраивает для себя и своих гостей пир горой. 
Руководители интерната зна­ют, кого надо подкармливать и задабривать, и про свой карман, наверное, тоже не забывают. На столе у нас, то есть их подопечных, старых больных людей, практически ничего нет, а они преспокойно отдыхают на курортах, ездят за границу, устраивают гулянья… 
Мы просим Президента РФ Владимира Путина, главу Якутии Егора Борисова, депутатов Госдумы, Ил Тумэна и чиновников из Министерства социальной защиты уменьшить размер удерживаемой суммы с наших пенсий, так как мы слишком много отдаем в лапы этим нелюдям – 75%. Взимали хотя бы 60%. Тем более нам одежду не покупают. Пальто, кофты, белье и прочее нам приносят из церкви, иногда добрые люди отдают. 
Зима в суровой Якутии обещает быть очень холодной. Уже сейчас в комнатах гуляют сквозняки, а одеяла не у всех теплые, матрасы у некоторых до того тонкие, что утром на теле отпечатываются следы от железной кровати. Меховые унты, даже валенки, тоже в большом дефиците, постоянно носим чьи-то обноски. 
Мы раньше жили и работали в интернациональных коллективах. А здесь немногочисленных русских стариков притесняют. Конечно, нехорошо об этом писать, еще скажут, что сеют национальную рознь. Но ни для кого не секрет, что повара и нянечки – неграмотные люди из деревень, зато все они, по всей видимости, – родственники начальства, поэтому они что хотят, то и творят. 
Господин Путин, персонально приглашаем вас отведать нашей еды. Отобедайте, пожалуйста, с нами! Очень ждем. А еще просим организовать проверку: правильно ли расходуются государственные средства, выделенные на наше содержание. 
Мы свои фамилии изменили. Почему? За данное письмо нас могут запросто выкинуть на улицу. А куда мы пойдем в стужу и без того обиженные судьбой, злыми равнодушными людьми и бестолковой властью? В случае чего защитите нас от возможных репрессивных действий «хозяев» интерната. 
Это не первое наше письмо. До этого наши ветераны отправляли жалобы в Прокуратуру РС(Я), министерство социальной защиты и труда республики. Но воз и ныне там. А те, кто писал и открыто начинал выступать, куда-то бесследно исчезли. Есть слухи, что их увезли в Томмотскую психбольницу. Правда ли – не знаем... 
Первый секретарь Якутского рескома КПРФ Виктор Губарев во время выборной кампании в Госдуму совершенно правильно сказал: «Как голосуем, так и живем». Ведь многие интернатчики, живя впроголодь, голосовали за своих же «душегубов» – единороссов, прекрасно зная, что социальные пенсии нынче проиндексируют лишь на 2,6%. 

Со слов Анатолия СТЕПАНОВА, Василия ДЬЯКОНОВА, Николая СПИРИДОНОВА и других записала
Галина МОХНАЧЕВСКАЯ

г. Якутск, ул. Бекетова, 6

 

 

 

 

"Миссия невыполнима"

http://www.sovross.ru/articles/1476/28020

 

В мировом рейтинге эффективности здравоохранения 55 стран с населением более 5 млн человек, который ежегодно публикует Bloomberg в списке лучших, – Гонконг, Сингапур и Испания, а Россия на 55-м месте. Она оказалась после Азербайджана, Колумбии и Иордании.
Можно засомневаться в объективности заморских аналитиков, но все встает на свои места, когда узнаешь, что почти в то же время, когда был опубликован рейтинг, один из депутатов заксобрания Иркутской области пришел с визитом в Качугскую районную больницу и провалился под ее прогнивший пол.

 

Эта больница, не ремонтировавшаяся более 50 лет, даже несмотря на нехватку половины врачей, продолжает принимать по 170 человек за смену!..
А тут еще и смертность в больницах растет. По данным фонда «Здоровье», в России в 2015 году по сравнению с 2014-м число госпитализированных пациентов уменьшилось на 817 тыс., а количество летальных случаев при этом выросло на 24 тыс. В 2014 году на больничных койках умерли 495 тыс. человек, а в 2015 году уже 519 тысяч.
Эксперты «Здоровья» связали рост смертности в отечественных больницах с последними реформами в сфере здравоохранения, которые привели к сокращению финансирования больниц и как следствие – к сокращению числа коек, а значит, и к снижению доступности медпомощи в стационарах. Только в 2015 году было ликвидировано 41 тыс. коек, а с 2013 года – более 100 тысяч.

* * *

Кто же такие бюджетники? Предлагаю вашему вниманию одну цитату из интернета. Немного громоздкую, но весьма колоритную: 
«Бюджетниками являются люди, которым заработная плата выплачивается из государственного бюджета. Уровень оплаты труда данной категории полностью зависит от государства и его политики. Часть налогов, которые поступают в бюджет, направляется на финансирование данной сферы. Отечественные реалии демонстрируют незавидное положение работников бюджетной сферы. Оплата труда учителей, врачей и многих других профессий находится на традиционно низком уровне. Государство предпочитает направлять свои финансовые ресурсы на иные статьи расходов». 
Вдохновляет на подвиги, не правда ли?
Остановимся на трех основных видах «бюджетников»: работники социальной сферы, образования и здравоохранения. 
Ниже я привожу свое сугубо оценочное мнение и прекрасно понимаю, что рискую попасть под гневную отповедь ряда представителей бюджетной сферы, прежде всего отнюдь не рядового состава… 
Начнем с того, что от меня дальше всего, но с чем по долгу службы часто приходится иметь дело. Социальные работники – большая группа людей, оказывающих услуги населению (пожилому – прежде всего) ЗА ДЕНЬГИ. Именно за деньги. Мало того, человеку, чтобы устроиться на работу, нужно САМОМУ найти энное число людей, которые согласятся на постороннюю помощь. Только после этого они могут получить работу. После этого каждый принятый на обслуживание человек должен оплачивать труд социального работника. Причем прейскурант весьма широк – чем больше помощи необходимо, тем толще должен быть кошелек. Дрова поколоть – пожалуйте, еду приготовить – соблаговолите, полы протереть – по отдельному тарифчику. А у меня вопрос: а в чем тогда заключается социальная помощь? Возможно, она в тех 300 рублях, выделяемых на питание ребенка в месяц, ради которых нужно заполнить справки с кучей печатей, а потом выстоять очереди в отделении социальной защиты? 
Отдельного внимания заслуживает проблема так называемых «бомжей» и лиц, к ним близким по своему социальному положению. Как заведующему больницей, часто приходится слышать по телефону: «Помогите! Тут человек никому не нужный спит третий день под забором. Примите меры». Задаю вопрос: «А в социальные службы обращались?» Отвечают: «Да. Но они сказали, что этим не занимаются». Оказывается, СОЦИАЛЬНО незащищенные люди – это проблема больниц, а не СОЦИАЛЬНЫХ служб. Отсюда переполненность всякого рода медицинских учреждений (особенно сезонная) – вместо того чтобы лечить больных, нам приходится размещать на койках (простите за сленг) «подснежников», кого сотрудники скорой помощи выкапывают из-под сугробов и доставляют в близлежащие стационары. 

* * *

Вторая тема, относительно далекая от меня. Относительно человека, воспитывающего двоих детей и получившего среднее, а потом и высшее образование. К тому, что в детских садах существует постоянная практика «сбора денег на группу», я привык уже давно и не вижу в этом ничего (в принципе) предосудительного – каждый родитель желает, чтобы его ребенку было комфортно. Но недавняя школьная анкета повергла меня в шок. Ребенок принес из школы бумажку, на которой значились три вопроса. Два из них звучали следующим образом: «Готовы ли Вы дополнительно платить за репетиторство?» (это во втором-то классе!) и «Готовы ли жертвовать деньги на нужды школы?» Я понимаю, что ныне школа и церковь тесно связаны между собой – там, где разрушаются и уничтожаются школы, усиленно строятся церкви. Это прямая современная зависимость, и от нее никуда не уйдешь, не сломав систему. Но, дамы и господа! Что значит ЖЕРТВОВАТЬ на нужды школы? 
Меня поразило то, что нынешние выпускники (одиннадцатиклассники) последние два школьных года практически не бывают в школе. Почему? – спросите вы. Потому что они усиленно занимаются с репетиторами, готовясь к ЕГЭ. Это же просто кощунство над самим институтом образования как таковым. На кой черт тогда (простите за резкость) нужна школа? Что дает школа за 11 лет, если в итоге все равно приходится за отдельную (отнюдь не маленькую) плату нанимать репетиторов, натаскивающих ребенка на конкретный ЕГЭ или ИГА? А желание ввести ЕГЭ после пятого класса? Это для чего? Не сдал ЕГЭ – иди работай. Так, что ли? Зато на основы православной культуры времени выделяется достаточно. Видимо, чтобы перед сдачей ЕГЭ в нужную сторону покреститься… 
Что больше всего угнетает – тишина и покой в учительских рядах. Все согласны. Все продолжают работать. Несмотря на то, что большинство учителей – профессионалы своего дела, воспитанные на той, старой, советской системе образования, в которой основным было всесторонняя грамотность и образованность, а не тупая заточенность на достижение узкой спецификации. 

* * *

А теперь переходим к главному. К тому, что мне наиболее близко и с чем мне приходится сталкиваться каждый день. Медицина сегодня. Ни для кого не секрет, что сегодняшняя система здравоохранения – это глубочайший провал действующей власти. Даже во времена Ельцина больницы и ФАПы такими темпами не закрывались. 
Из недавних сообщений информационных лент – в Фонде ОМС (обязательного медицинского страхования) не хватает полмиллиарда рублей на зарплаты работникам здравоохранения. А я знаю, где их взять, – разогнать к чертям этот самый Фонд. Так же, как и с Пенсионным фондом. Зачем содержать кучу дармоедов, если деньги они все равно вынуждены из бюджета выпрашивать, поскольку сами не могут копить и зарабатывать? Отдельные «светлые головы» уже нашли выход – ввести налог на безработных. А вы им работу предоставили? А вы знаете, что по закону налог отчисляется из того, что человек заработал? А если он ничего не заработал, какой с него может быть налог? А потрясти олигархов не пробовали? Пусть Шувалов продаст «собачий» самолет, Абрамович – футбольную игрушку, Сечин – пару яхт, вот и сформирован бюджет ОМС на пять лет вперед! 
Работаю участковым терапевтом на селе. Самая, так сказать, первая ступень нашей иерархии. Приведу несколько примеров основных проблем на уровне Лабинской ЦРБ. Все эти нюансы озвучены мною в обращении в Министерство здравоохранения РФ. По каждому из них получен ответ из министерства здравоохранения Краснодарского края. Однако на отдельные вопросы – ответы явно ложные, а потому жду личной аудиенции министра или его зама. Но об этом позже. 
Пойдем по порядку. Периодически в ЦРБ исчезают расходные материалы – месяцами отсутствуют системы для внутривенных вливаний, шприцы разного объема, растворы для инфузий. Одно время полностью пропал физиологический раствор, из-за чего все диабетики района кинулись массово скупать его в аптеках. Может быть, кому-то было выгодно поднять на него цены и завезти в больших количествах в аптечную сеть? 
В крайнем дефиците препараты, в которых порой остро нуждаются те же диабетики – препараты тиоктовой кислоты в различных модификациях в наличии в ничтожных количествах, что заставляет людей приобретать их за личные деньги. И это – бесплатная медицина! Хорошо хоть врачей пока с собой приводить не надо. Причем сельчанам ставится забавное условие – в сельских больницах эти препараты «капать» не положено, поэтому на село их не выдают. Лечиться нужно в профильных отделениях. Хорошо. Договорился через заместителя главного врача уложить на эндокринологическую койку женщину, у которой (я знаю) денег на приобретение данного препарата в бюджет не заложено. Что вы думаете? После выписки она мне рассказывает: покупала все за свой счет. Спасибо, дети помогли… 
Районная поликлиника. Без слез не расскажешь. Окулист, невролог, эндокринолог – запись на две недели вперед (в лучшем случае). Сельчанам, чтобы занять очередь в регистратуру, нужно приехать к 5 утра. Да и это не гарантирует получения заветного талончика. А после массового сокращения акушерок в сельских больницах в масштабное мероприятие превращается и банальный прием беременных к акушеру-гинекологу. А в летнее время «миссия невыполнима». 
Отдельная история с обеспечением врачебными кадрами. Уже много лет отсутствуют постоянные врачи в хуторах Сладком и Первой Синюхе, поселке Розовый. Люди вынуждены ездить за 20 с лишним километров, чтобы попасть на первичный прием к терапевту. А если это пенсионеры и у них нет машины? Вариант один – ждать исхода заболевания дома. 
Привлечение «молодых кадров» на село тоже палка о двух концах. Погоня за «миллионщиками» приводит к полной неразберихе в местном здравоохранении, когда врачи принимаются туда, где есть место, но там не работают. Тем самым не дают возможности работать другим, которые в данном населенном пункте жизненно необходимы. Совершенно непонятно, проходят ли «миллионщики» какой-то профессиональный отбор или просто для галочки берут всех подряд. Видимо, от числа принятых на работу по данной программе какие-то дивиденды идут в кассы районных больниц. А страдают, как всегда, жители сел и деревень. 

* * *

Большинство сельских больниц живут в режиме самообеспеченности. Помню, когда только пришел работать в Вознесенскую участковую больницу, приходилось обращаться за помощью к местным руководителям предприятий разного уровня. Ведь делать надо, а от ЦРБ помощи никакой. Но, походив пару раз с протянутой рукой, понял, что мое дело лечить, а не милостыню просить. Поэтому сейчас практически весь расходный инвентарь, мелкие ремонтные работы, покупка незначительных деталей проводится из личных средств сотрудников. Мало того что люди получают грошовую по нынешним временам зарплату, так они еще сами содержат финансово свое место работы. Руководство ЦРБ лишь по очень большим праздникам, да и то после придания дополнительного ускорения в виде моих обращений в высшие инстанции, позволит себе заменить кровлю на крыше (не менявшуюся лет 40) да постелить новый линолеум в палатах раз в десятилетку. Потекла труба. Звонок заму по хозчасти. Ответ: «У меня ни материалов, ни денег нет. И бригаду к вам гнать за 30 км нерентабельно». Скидываемся, зовем специалиста, оплачиваем материалы и работу. Труба новая. Только вот системные проблемы от этого не решаются… 
В станице Чамлыкской с нуля возведен модульный офис врача общей практики. А вот в станице Вознесенской для этого приспосабливают старинное здание бывшего учебно-производственного комбината. Вкладывается масса средств, пишутся проекты, проводятся проверки. Обещается рай на земле. А у меня, как у депутата районного совета и жителя станицы, назрел вопрос: а чем вознесенцы хуже чамлычан? Почему и у нас нельзя возвести новое, абсолютно для этих целей спроектированное сооружение? Не хочется верить, что на старой стройке больше денег отмывается… 
Отдельно в моем обращении в Минздрав значился вопрос о сугубо российской ментальности. Ну скажите, в какой еще стране (ну, кроме, скажем, Южного Судана, погрязшего в гражданской войне) можно торжественно открыть травматологический центр на три района и при этом угробить и закрыть собственную станцию переливания крови, с тем чтобы теперь привозить крайне нужный биологический субстрат из соседнего района? 
Если кратко, из отписки, пришедшей из Краснодара, следует, что я лгун. В Синюхе и в Розовом и Сладком давно и продуктивно работает постоянный врач-терапевт (ВОП), с поставками лекарственных препаратов и расходных материалов проблем не было и не ожидается, на прием в поликлиники люди попадают безо всяких проблем, и ремонт производится в необходимых объемах за счет средств Центральной районной больницы. Чувствую, будет о чем пообщаться с министром… 

* * *

Уверен, что описанные здесь проблемы, и, возможно, даже более выраженные, существуют и в других районах края, да и что греха таить, по всей стране. Но так уж устроен человек, что он дружно голосует за ту партию, которой хватает лишь на покраску и побелку старых «поликлиник сахарного завода», но с обязательным разрезанием красной ленточки. 
Правительство упорно мечтает о повышении пенсионного возраста. И с этой Думой оно этого добьется, не сомневайтесь. Только вот, несмотря на задорные цифры о якобы имеющем место росте продолжительности жизни, на городском кладбище все больше могил тех, кто недотянул и до 50… 
Вот такие вот бюджетные особенности… 

 

Илья ЮРКОВ

сельский врач, депутат райсовета. Станица Вознесенская, Краснодарский край

Добавить комментарий

Plain text

  • HTML-теги не обрабатываются и показываются как обычный текст
  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.
  • Строки и параграфы переносятся автоматически.
CAPTCHA
This question is for testing whether you are a human visitor and to prevent automated spam submissions.
5 + 6 =
Решите эту простую математическую задачу и введите результат. Например, для 1+3, введите 4.