Пусть осенит нас победоносное знамя великого Ленина! К 92-й годовщине кончины гениального теоретика и практика пролетарской революции

Картинки по запросу Ленин фото

 

Николай СИМАКОВ.

В новый мир зовёт

 

В халатах снега


голубые ели,


Как часовые, выстроились


в ряд.


Простой и строгий облик


Мавзолея


Торжественным


безмолвием объят.


Но кажется: бессмертием


овеян


И озарён сияньем кумача,


Встаёт передо мной


над Мавзолеем


Живой и светлый образ


Ильича.


В грядущее бросая взгляд


с прищуром


И прозревая верный путь


вперёд,


Он род людской сквозь


все бои и бури


К заветной цели в новый


мир зовёт.

Пусть осенит нас победоносное знамя великого Ленина!

Газета "ПРАВДА" №5 (30356) 21 января 2016 года
2 ПОЛОСА
Автор: Виктор ТРУШКОВ.

К 92-й годовщине кончины гениального теоретика и практика пролетарской революции

В день памяти Владимира Ильича самое время поднять этот лозунг: «Пусть осенит нас победоносное знамя великого Ленина!» А поднять его необходимо: иначе можно и опоздать. Этот призыв, впервые прозвучавший из уст Сталина с трибуны ленинского Мавзолея 7 ноября 1941 года, сейчас и актуален, и нужен позарез. В современной России начался переход от затянувшегося этапа протестных действий трудящихся к их классовой борьбе. Сообщения о приостановке работы, переходящей часто в забастовки, в последнее время приходят почти ежедневно. Знамя стачки стали поднимать не только заводские рабочие, но и складской и торговый пролетариат. А акция дальнобойщиков, охватившая всю Россию, ясно показала, что экономические и политические требования — настоящие близнецы-братья. Начавшийся переход от протестных действий к классовой борьбе ярко проявил себя ещё одной гранью: мероприятия коммунистов и наших сторонников в день рождения И.В. Сталина были как никогда массовыми. Событием всероссийского масштаба стало торжественное открытие 21 декабря в Пензе первого в мире Сталинского центра.

 

Мужская дружба

Многолетняя борьба трудящихся под руководством коммунистов за очищение Сталина от клеветы и наветов, за признание его выдающегося вклада в пролетарскую революцию и социалистическое созидание дала свои положительные результаты. Но нельзя не отметить, что сам Сталин всегда считал себя учеником Ленина и воплощал в жизнь заветы учителя и старшего, более мудрого товарища. Для нас не менее важно и то, что раскрыть во всей полноте значение Великого Октября без возвращения в актуальную политическую жизнь товарища Ленина просто невозможно.

Что касается отношений между этими двумя выдающимися советскими руководителями, то они были очень прозрачными. Ленин доверял своему соратнику безоговорочно, именно он выдвигал Сталина на все ответственные посты, в том числе и Генерального секретаря ЦК РКП(б) (да и сам пост был учреждён по инициативе Ленина). Более того, в известном «Письме к съезду» Ленин характеризует 6 членов ЦК, указывая на их уязвимые места. При этом Сталин — единственный, кому вождь не предъявляет никаких политических и деловых упрёков, а изъяны сводятся к «такой мелочи», как его взаимоотношения с Троцким и грубость в общении с товарищами (судя по мемуарам политиков, военных и учёных, общавшихся с Иосифом Виссарионовичем в 1930—1950 годы, этот недостаток он преодолел, так как мемуаристы на него не указывали). Кстати, а на какую должность был готов переместить члена Политбюро ЦК РКП(б) Сталина с поста генсека тяжелобольной Владимир Ильич? Может, на должность (первого) заместителя Председателя Совнаркома, которая в 1922 году трижды предлагалась Троцкому, но он от этого бремени ответственности постоянно отказывался? Этот вариант толкователями тех событий почему-то не рассматривается. Впрочем, для нас это тоже сегодня не очень существенно.

Куда существеннее обратить внимание на отношение ученика к учителю. В публичных выступлениях и в деловой переписке Сталин всегда был чужд стремления кого-либо славословить. В многочисленных письмах Председателю Совнаркома с фронтов Гражданской войны лишь однажды прорвалось его дружеское отношение к Владимиру Ильичу: в письме 31 августа 1918 года, когда он узнал, что накануне Ленин был ранен. Да ещё в 1920 году он отмечал выдающиеся заслуги В.И. Ленина в создании и руководстве РКП(б) в статье «Правды», номер которой был посвящён 50-летию Владимира Ильича.

А теперь прочитаем «заметки» (такой у публикации подзаголовок) «Тов. Ленин на отдыхе».

Показателен первый абзац: опытный политик… стесняется: и потому, что «тов. Ленин скоро вернётся к работе», и потому, что писать заметку, «как этого требует редакция «Правды», не вполне целесообразно». Но — «редакция настаивает». И тут раскрывается сугубо личное, дружеское, нежное отношение к соратнику-учителю:

«Мне приходилось встречать на фронте старых бойцов, которые, проведя «напролёт» несколько суток в непрерывных боях, без отдыха и сна, возвращались потом с боя, как тени, падали, как скошенные, и, проспав «все восемнадцать часов подряд», вставали после отдыха, свежие для новых боёв, без которых они «жить не могут». Тов. Ленин во время моего первого свидания с ним в июле, после полуторамесячного перерыва, произвёл на меня именно такое впечатление старого бойца, успевшего отдохнуть после изнурительных непрерывных боёв и посвежевшего после отдыха. Свежий и обновлённый, но со следами усталости, переутомления».

О взаимной симпатии этих двух людей убедительно свидетельствует пересказ их беседы:

«— Мне нельзя читать газеты, — иронически замечает тов. Ленин, — мне нельзя говорить о политике, я старательно обхожу каждый клочок бумаги, валяющийся на столе, боясь, как бы он не оказался газетой и как бы не вышло из этого нарушения дисциплины.

Я хохочу и превозношу до небес дисциплинированность тов. Ленина. Тут же смеёмся над врачами, которые не могут понять, что профессиональным политикам, получившим свидание, нельзя не говорить о политике».

А вот диалог из второй встречи, завершающий заметки. Это даже не диалог: слов, которые говорит в беседе автор заметок, нет, есть лишь указание темы разговора. Сталин считает, что читателю интересны только ленинские слова:

«Внешнее положение… Антанта… Поведение Франции… Англия и Германия… Роль Америки…

— Жадные они и глубоко друг друга ненавидят. Раздерутся. Нам торопиться некуда. Наш путь верен: мы за мир и соглашение, но мы против кабалы и кабальных условий соглашения. Нужно крепко держать руль и идти своим путём, не поддаваясь ни лести, ни запугиванию.

Эсеры и меньшевики, их бешеная агитация против Советской России…

— Да, они задались целью развенчать Советскую Россию. Они облегчают империалистам борьбу с Советской Россией. Попали в тину капитализма и катятся в пропасть. Пусть барахтаются. Они давно умерли для рабочего класса.

Белая пресса… Эмиграция… Невероятные легенды о смерти Ленина с описанием подробностей…

Товарищ Ленин улыбается и замечает: «Пусть их лгут и утешаются, не нужно отнимать у умирающих последнее утешение».

Заметки завершены. Разве можно усомниться, что встречались друзья?

Был ли ленинизм русским марксизмом?

В современных работах часто пишут, что термин «ленинизм» ввёл в обиход И.В. Сталин. Подразумевается, что это была та дубина, которой он бил своих политических соперников. Наверное, доля правды в этом есть, хотя все факты искажены.

Правда в том, что Иосиф Виссарионович Сталин своей главной книгой считал «Вопросы ленинизма». Этот сборник сталинских работ при жизни автора выдержал 11 изданий. В каждом следующем часть работ заменялась новыми, имеющими более актуальное значение. Но неизменными оставались «Об основах ленинизма» и «К вопросам ленинизма». Это значит, что для Сталина всю жизнь были важны и концепция ленинизма, и сам этот термин.

Сталин считал, что ленинизм — это не совокупность произведений В.И. Ленина, не сводится он и к ленинскому мировоззрению. Он пояснял: «Мировоззрение Ленина и основы ленинизма — не одно и то же по объёму. Ленин — марксист, и основой его мировоззрения является, конечно, марксизм. Но из этого вовсе не следует, что изложение ленинизма должно быть начато с изложения основ марксизма. Изложить ленинизм — это значит изложить то особенное и новое в трудах Ленина, что внёс Ленин в общую сокровищницу марксизма и что естественно связано с его именем».

Позже представление о границах ленинизма было раздвинуто: наряду с трудами В.И. Ленина в него стали включать и работы других авторов, в которых ленинские теоретические положения расширялись, уточнялись, развивались. Не случайно сборник «Вопросы ленинизма» включал не только статьи, раскрывавшие новаторство ленинских теоретических положений, но и доклады И.В. Сталина на партийных съездах, на Чрезвычайном VIII Всесоюзном съезде Советов о проекте Конституции СССР, на пленумах ЦК РКП(б) — ВКП(б), ряд статей и т.д.

Сталину принадлежат два сущностных определения ленинизма. Почему два? Потому, что одно вычленяет концептуальную сторону ленинизма, а другое — историческую, но для понимания сущности ленинского учения обе грани одинаково значимы, обе существенны.

Удивительно ёмко была раскрыта сущность ленинского вклада в развитие учения К. Маркса и Ф. Энгельса: «Ленинизм есть марксизм эпохи империализма и пролетарской революции. Точнее: ленинизм есть теория и тактика пролетарской революции вообще, теория и тактика диктатуры пролетариата в особенности». Сталин пояснял слушателям Коммунистического университета им. Я.М. Свердлова:

«Маркс и Энгельс подвизались в период предреволюционный (мы имеем в виду пролетарскую революцию), когда не было ещё развитого империализма, в период подготовки пролетариев к революции, в тот период, когда пролетарская революция не являлась ещё прямой практической неизбежностью. Ленин же, ученик Маркса и Энгельса, подвизался в период развитого империализма, в период развёртывающейся пролетарской революции, когда пролетарская революция уже победила в одной стране, разбила буржуазную демократию и открыла эру пролетарской демократии, эру Советов.

Вот почему ленинизм является дальнейшим развитием марксизма».

Иначе говоря, ленинизм — это адекватная реакция последователей революционного марксизма на новую, империалистическую, стадию капитализма. Его специфика связана со сменой исторической эпохи. Следовательно, ленинизм — явление международное. Это принципиальное его свойство.

Сталин указывает на ограниченность и неточность других толкований ленинизма. И спор этот носит совсем не схоластический, а остро политический характер. Вот убедительный пример:

«Говорят, что ленинизм есть применение марксизма к своеобразным условиям российской обстановки. В этом определении есть доля правды, но оно далеко не исчерпывает всей правды. Ленин действительно применил марксизм к российской действительности и применил его мастерски. Но если бы ленинизм являлся только лишь применением марксизма к своеобразной обстановке России, то тогда ленинизм был бы чисто национальным и только национальным, чисто русским и только русским явлением. Между тем мы знаем, что ленинизм есть явление интернациональное, имеющее корни во всём международном развитии, а не только русское. Вот почему я полагаю, что это определение страдает односторонностью».

Указывая на ограниченность понимания ленинизма как русской версии марксизма, Сталин в определённом смысле предугадал ближайшую линию борьбы с оппортунизмом. В июне 1924 года Г.Е. Зиновьев представил ленинизм V конгрессу Коммунистического Интернационала именно как национальную версию марксизма. Этот же подход к ленинизму доминировал и в его книге «Ленинизм», вышедшей в 1925 году.

Толкование ленинизма как национальной версии марксизма было принципиальной основой блока Зиновьева с Троцким. Россия — крестьянская страна. Ленин, по версии Зиновьева, не признавал революционного союза рабочего класса и крестьянства, а ратовал за нейтрализацию крестьянства на всех этапах социалистической революции. Поскольку только пролетариат способен победить капитализм и обеспечить построение социализма, то надо ждать мировой революции. Таким образом, по сути Зиновьев отказывал ленинизму в праве быть теоретическим прожектором победы социализма в нашей стране.

 

Об истоках ленинизма

Судя по Сочинениям И.В. Сталина, он впервые использовал термин «ленинизм» на XII съезде РКП(б). В Заключительном слове по Организационному отчёту ЦК 19 апреля 1923 года докладчик реагировал на критику в выступлениях делегатов. Она касалась и предложения о расширении состава ЦК партии. В докладе Сталин последовательно и жёстко отстаивал ленинскую инициативу о значительном расширении Центрального Комитета РКП(б), причём утверждал, что «мы должны ввести в его состав людей независимых». В Заключительном слове он пояснял: «Нам нужны независимые люди в ЦК, но независимые не от ленинизма, — нет, товарищи, упаси бог! Нам нужны независимые люди, свободные от личных влияний, от тех навыков и традиций борьбы внутри ЦК, которые у нас сложились и которые иногда создают внутри ЦК тревогу».

Судя по тому, как докладчик использует слово «ленинизм», не сопровождая его ни толкованиями, ни пояснениями, можно сделать вывод, что на съезде оно уже многократно звучало, что смысл его делегатам понятен. Об этом же свидетельствует и использование Сталиным термина «ленинизм» в опубликованной в «Правде» 15 декабря 1923 года статье «О дискуссии». В ней, полемизируя с известным партийным деятелем, активным троцкистом Е.А. Преображенским, он ставит вопрос ребром: «Не догадывается ли Преображенский, что он по сути дела предлагает отмену линии партии в условиях нэпа, органически связанной с ленинизмом? Не начинает ли понимать Преображенский, что его предложение об отмене основной линии партии по партстроительству в условиях нэпа является по существу дела повторением некоторых предложений небезызвестной «анонимной платформы», требовавшей ревизии ленинизма?»

Здесь слово «ленинизм» встречается дважды, но ни малейшего намёка на необходимость его разъяснения нет. Следовательно, в последние годы жизни В.И. Ленина оно уже широко использовалось.

Борясь за революционное содержание ленинизма, Сталин обратил внимание на его истоки, на его историческую природу. Идейно-политическая борьба с троцкизмом требовала именно такого подхода. В статье «Троцкизм или ленинизм?», опубликованной в «Правде» 26 ноября 1924 года, Сталин решительно отвергает «рассечение ленинизма на две части: на ленинизм довоенный, ленинизм «старый», негодный, с его идеей диктатуры пролетариата и крестьянства, и ленинизм новый, послевоенный…»

Ответом на такую лукавую операцию троцкистов стало крылатое сталинское определение ленинизма как большевизма. Есть смысл привести его полностью:

«Ленинизм не есть эклектическая теория, склеенная из разнообразных элементов и допускающая возможность своего рассечения. Ленинизм есть цельная теория, возникшая в 1903 году, прошедшая испытания трёх революций и шествующая теперь вперёд как боевое знамя всемирного пролетариата.

«Большевизм, — говорит Ленин, — существует как течение политической мысли и как политическая партия, с 1903 года. Только история большевизма за весь период его существования может удовлетворительно объяснить, почему он мог выработать и удержать при самых трудных условиях железную дисциплину, необходимую для победы пролетариата» (см. т. XXV, стр. 174).

Большевизм и ленинизм — едино суть. Это два наименования одного и того же предмета. Поэтому теория рассечения ленинизма на две части есть теория разрушения ленинизма, теория подмены ленинизма троцкизмом.

Нечего и говорить, что партия не может примириться с этой странной теорией».

Итак, «большевизм и ленинизм — едино суть». Просто гениальная формула. Но именно она и является ключиком для поиска ответа на вопрос об истоках появления понятия «ленинизм». Оно было реакцией меньшевиков на большевизм. Чтобы убедиться в этом, откроем ленинскую работу «Шаг вперёд, два шага назад», представляющую собой тщательный и глубокий анализ II съезда РСДРП, съезда, с которого «большевизм существует как течение политической мысли и как политическая партия». Вот как В.И. Ленин характеризует послесъездовскую ситуацию в среде меньшевиков: «Все обиженные забыли взаимные счёты, бросились с рыданиями в объятия друг к другу и подняли знамя «восстания против ленинизма». А в подстрочнике следует примечательнейшее ленинское замечание: «Это удивительное выражение принадлежит тов. Мартову… Тов. Мартов дожидался того времени, когда он будет сам-пят, чтобы поднять «восстание». Неискусно полемизирует тов. Мартов: он хочет уничтожить своего противника тем, что говорит ему величайшие комплименты».

Ленин и его соратники на подобные «величайшие комплименты» реагировали чаще всего негативно. И это понятно: у них были все основания подчёркивать, что они — убеждённые последователи революционного марксизма.

Летом 1917 года меньшевики, контролировавшие Петроградский Совет рабочих и солдатских депутатов, вновь вбрасывают понятие «ленинизм» в качестве пугала для масс. Теперь реакция сторонников Владимира Ильича иная. «Правда» (1917 г., 16 (3) июня, № 72) рассматривает обещания мелкобуржуазных партий вести «систематическую борьбу с проповедью ленинизма» как «способ борьбы с большевизмом». Более того, газета отмечает, что «борьба с проповедью ленинизма» выражается в том, что «слова нас хотят лишить… «Правду» на фронт не пускают. Киевские «агенты» постановили «Правду» не распространять. «Земский союз» «Правды» в своих киосках не продаёт» (до чего же это похоже на сегодняшний день: в Киеве «Правда» запрещена, в московских киосках её днём с огнём не найти, похожая картина и в других регионах. — В.Т.).

Удивительные бывают ситуации: классовый (мелкобуржуазный) противник пролетарской идеологии и тактики борьбы с капитализмом быстро понял, что большевизм — это ленинизм. Он был прав. И Сталин с противоположных идеологических позиций, с позиций революционного марксизма, засвидетельствовал: «Большевизм и ленинизм — едино суть». Нам, сегодняшним партийцам, очень полезно постоянно об этом помнить. И поступать соответственно этому единству.

 

Ленинизм и современность

Характеризуя ленинизм, И.В. Сталин тесно связывал его формирование с тремя важнейшими противоречиями эпохи империализма.

«Первое противоречие — это противоречие между трудом и капиталом». Нет смысла спрашивать, существует ли оно сегодня. Оно лезет из каждой щели. Перед самым Новым годом ВЦИОМ провёл исследование благополучия россиян. Результаты ужасающие: доля бедных россиян за год выросла почти вдвое. Доля семей, которым не хватает денег даже на еду или на еду средств достаточно, но покупка одежды затруднительна, за последний год выросла с

22 до 39%. В то же время из других источников известно: в 2014 году 200 богатейших людей России суммарно владели состоянием в 406,8 миллиарда долларов.

«Второе противоречие — это противоречие между различными финансовыми группами и империалистическими державами в их борьбе за источники сырья, за чужие территории». И снова приходится констатировать, что положение не изменилось. Сегодня финансовые группы Германии диктуют экономическую политику Греции. Финансово-промышленные группы США и Евросоюза с трудом договариваются по поводу экономических санкций против России. Правящий класс Великобритании стремится диктовать правила Евросоюза капиталу Германии и Франции, угрожая в противном случае покинуть ЕС.

«Третье противоречие — это противоречие между горстью господствующих «цивилизованных» наций и сотнями миллионов колониальных и зависимых народов мира». Колониальная система разрушена, но на её месте сформировался неоколониализм. Сегодня в Западной Европе распространено представление о том, что даже страны, входящие в Евросоюз, делятся на две полярные группы, одна из которых находится фактически в колониальной зависимости от финансовых грандов Старого Света.

Выходит, несмотря на колоссальный научно-технический прогресс, на начавшуюся компьютеризацию производства, на внедрение информационных технологий в повседневный быт миллионов, характер эпохи остаётся прежним. Следовательно, полностью сохраняет своё значение ленинизм, так как «ленинизм есть марксизм эпохи империализма и пролетарской революции».

Сталин, следуя ленинской методологии, рассматривал роль теории не абстрактно, а применительно к классовой борьбе пролетариата. Он писал:

«Теория может превратиться в величайшую силу рабочего движения, если она складывается в неразрывной связи с революционной практикой, ибо она, и только она, может дать движению уверенность, силу ориентировки и понимание внутренней связи окружающих событий, ибо она, и только она, может помочь практике понять не только то, как и куда двигаются классы в настоящем, но и то, как и куда должны двинуться они в ближайшем будущем. Не кто иной, как Ленин, говорил и повторял десятки раз известное положение о том, что:

«Без революционной теории не может быть и революционного движения» (см. т. IV, стр. 380; курсив мой. — И. Ст.)».

Актуальна сталинская критика «теории» стихийности. При определении конкретных задач наши партийные комитеты часто ссылаются на низкий уровень забастовочного движения и слабое проявление других форм пролетарского сопротивления капиталу. Трезвая оценка состояния рабочего движения, конечно же, необходима. Но, вслед за Лениным, Сталин категорически не приемлет такую оценку, когда в расчёт берутся по преимуществу стихийные выступления рабочих.

Сталин напоминает, что такой подход к рабочему движению был характерен для так называемых экономистов. Но они выступали на политической сцене России ещё на рубеже XIX—XX столетий, то есть более века назад. К тому же эти наследники Бернштейна «отрицали необходимость самостоятельной рабочей партии в России, выступали против революционной борьбы рабочего класса за свержение царизма, проповедовали тредюнионистскую политику в движении и вообще отдавали рабочее движение под гегемонию либеральной буржуазии».

«Экономизм» в старом виде с исторической арены давно сошёл, коммунистические партии стали реальностью, но, отмечает Сталин, «теория преклонения перед стихийностью» сохраняется, нанося рабочему движению огромный вред. Её явные и скрытые приверженцы выступают «решительно против того, чтобы придать стихийному движению сознательный, планомерный характер». Эта теория «против того, чтобы движение направлялось по линии борьбы против основ капитализма, — она за то, чтобы движение шло исключительно по линии «выполнимых», «приемлемых» для капитализма требований, она всецело за «линию наименьшего сопротивления».

Сталин подчёркивал: теория преклонения перед стихийностью (то есть её явные и скрытые приверженцы) «выступает решительно против того, чтобы придать стихийному движению сознательный, планомерный характер, она против того, чтобы партия шла впереди рабочего класса, чтобы партия подымала массы до уровня сознательности, чтобы партия вела за собой движение... Теория стихийности есть теория преуменьшения роли сознательного элемента в движении, идеология «хвостизма», логическая основа всякого оппортунизма».

Важнейшим компонентом ленинизма И.В. Сталин считал теорию пролетарской революции. Ленинская идея о слабом звене в системе капитализма предстаёт важнейшим элементом этой теории. Сталин стремится максимально полно раскрыть её значение для деятельности коммунистических партий:

«Где начнётся революция, где прежде всего может быть прорван фронт капитала, в какой стране?

Там, где больше развита промышленность, где пролетариат составляет большинство, где больше культурности, где больше демократии, — отвечали обычно раньше.

Нет, — возражает ленинская теория революции, — не обязательно там, где промышленность больше развита, и пр. Фронт капитала прорвётся там, где цепь империализма слабее, ибо пролетарская революция есть результат разрыва цепи мирового империалистического фронта в наиболее слабом её месте, причём может оказаться, что страна, начавшая революцию, страна, прорвавшая фронт капитала, является менее развитой в капиталистическом отношении, чем другие, — более развитые, страны, оставшиеся, однако, в рамках капитализма».

Думается, в XXI веке при оценке слабого звена в капиталистической цепи особого внимания заслуживают страны капитализма реставрированного, то есть навязанного против воли народов. События 2014—2015 годов показали, что безусловно слабым звеном капиталистической системы является Украина, не сумевшая противостоять диктату мирового капитала. Анализ, осуществлённый октябрьским (2014 года) пленумом ЦК КПРФ, даёт основание рассматривать слабым звеном капиталистической цепи и современную Россию. Здесь есть шанс прервать реставрацию капитализма.

Значит, тем более сохраняют своё значение положения ленинизма о роли пролетарской партии. Излагая ленинское учение о партии, Сталин обращал особое внимание на требования к партии как передовому отряду рабочего класса. Он писал в работе «Об основах ленинизма»:

«Партия должна быть, прежде всего, передовым отрядом рабочего класса. Партия должна вобрать в себя все лучшие элементы рабочего класса, их опыт, их революционность, их беззаветную преданность делу пролетариата… Партия не может быть действительной партией, если она ограничивается регистрированием того, что переживает и думает масса рабочего класса, если она тащится в хвосте за стихийным движением, если она не умеет преодолеть косность и политическое безразличие стихийного движения, если она не умеет подняться выше минутных интересов пролетариата, если она не умеет поднимать массы до уровня понимания классовых интересов пролетариата. Партия должна стоять впереди рабочего класса, она должна видеть дальше рабочего класса, она должна вести за собой пролетариат, а не тащиться в хвосте за стихийностью».

И ещё на один чрезвычайно важный момент обращает внимание Сталин, характеризуя ленинизм: «Партия укрепляется тем, что очищает себя от оппортунистических элементов». Источником и социальной базой оппортунизма являются пополняющие её ряды представители среднего капитала и мелкой буржуазии, мещанства, обуржуазившейся интеллигенции. «Одновременно, — добавляет Сталин, — происходит процесс разложения верхушек пролетариата, главным образом из профессионалистов и парламентариев, подкармливаемых буржуазией за счёт… сверхприбыли». А далее он приводит слова Ленина: «Это настоящие агенты буржуазии в рабочем движении, рабочие приказчики класса капиталистов… настоящие проводники реформизма и шовинизма» (см. т. XIX, стр. 77). И подводит итог: «Путь развития и укрепления пролетарских партий проходит через их очищение от оппортунистов и реформистов, социал-империалистов и социал-шовинистов, социал-патриотов и социал-пацифистов».

И.В. Сталин вновь подчёркивает, что он ученик В.И. Ленина, что он развивает его учение, борясь за чистоту партийных рядов, против ревизионистов и оппортунистов разных мастей:

«Имея в своих рядах реформистов, меньшевиков, нельзя победить в пролетарской революции, нельзя отстоять её. Это очевидно принципиально. Это подтверждено наглядно опытом… В России много раз бывали трудные положения, когда наверняка был бы свергнут советский режим, если бы меньшевики, реформисты, мелкобуржуазные демократы оставались внутри нашей партии… В такой момент не только является безусловно необходимым удаление меньшевиков, реформистов… из партии, но может оказаться даже полезным удаление превосходных коммунистов, способных колебаться и проявляющих колебания в сторону «единства» с реформистами, удаление со всяких ответственных постов… Если колеблющиеся вожди отходят прочь в такое время, это не ослабляет, а усиливает и партию, и рабочее движение, и революцию».

* * *

Нет сомнений, что приходит самое время поднять провозглашённый в лихую годину И.В. Сталиным славный лозунг: «Пусть осенит нас победоносное знамя великого Ленина!»

Добавить комментарий

Plain text

  • HTML-теги не обрабатываются и показываются как обычный текст
  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.
  • Строки и параграфы переносятся автоматически.
CAPTCHA
This question is for testing whether you are a human visitor and to prevent automated spam submissions.
1 + 5 =
Решите эту простую математическую задачу и введите результат. Например, для 1+3, введите 4.