Экстремизм и критика власти. В чем разница? Руководитель фракции КПРФ в Думе города Бийска, юрист А.П. Нагайцев проанализировал постановление Пленума Верховного Суда РФ, касающегося экстремизма и критики власти

Экстремизм и критика власти. В чем разница?


А.П. Нагайцев

Руководитель фракции КПРФ в Думе города Бийска, юрист А.П. Нагайцев проанализировал постановление Пленума Верховного Суда РФ, касающегося экстремизма и критики власти.

“Экстреми?зм (от фр. extremisme, от лат. extremus — крайний) — приверженность к крайним взглядам и, в особенности, мерам. Среди таких мер можно отметить провокацию беспорядков, террористические акции, методы партизанской войны. Наиболее радикально настроенные экстремисты часто отрицают в принципе какие-либо компромиссы, переговоры, соглашения.

Росту экстремизма обычно способствуют: социально-экономические кризисы, резкое падение жизненного уровня основной массы населения, тоталитарный политический режим с подавлением властями оппозиции, преследованием инакомыслия.”

Так что же такое экстремизм в России? В чем разница между критикой власти и экстремизмом?

В соответствии с Федеральным законом от 25 июля 2002 г. N 114-ФЗ “О противодействии экстремистской деятельности”:

“экстремистская деятельность (экстремизм):

1) деятельность общественных и религиозных объединений, либо иных организаций, либо средств массовой информации, либо физических лиц по планированию, организации, подготовке и совершению действий, направленных на:

насильственное изменение основ конституционного строя и нарушение целостности Российской Федерации;

подрыв безопасности Российской Федерации;

захват или присвоение властных полномочий;

создание незаконных вооруженных формирований;

осуществление террористической деятельности;

возбуждение расовой, национальной или религиозной розни, а также социальной розни, связанной с насилием или призывами к насилию;

унижение национального достоинства;

осуществление массовых беспорядков, хулиганских действий и актов вандализма по мотивам идеологической, политической, расовой, национальной или религиозной ненависти либо вражды, а равно по мотивам ненависти либо вражды в отношении какой-либо социальной группы;

пропаганду исключительности, превосходства либо неполноценности граждан по признаку их отношения к религии, социальной, расовой, национальной, религиозной или языковой принадлежности;

2) пропаганда и публичное демонстрирование нацистской атрибутики или символики либо атрибутики или символики, сходных с нацистской атрибутикой или символикой до степени смешения;

3) публичные призывы к осуществлению указанной деятельности или совершению указанных действий;

4) финансирование указанной деятельности либо иное содействие ее осуществлению или совершению указанных действий, в том числе путем предоставления для осуществления указанной деятельности финансовых средств, недвижимости, учебной, полиграфической и материально-технической базы, телефонной, факсимильной и иных видов связи, информационных услуг, иных материально-технических средств;

экстремистская организация – общественное или религиозное объединение либо иная организация, в отношении которых по основаниям, предусмотренным настоящим Федеральным законом, судом принято вступившее в законную силу решение о ликвидации или запрете деятельности в связи с осуществлением экстремистской деятельности;

экстремистские материалы – предназначенные для обнародования документы либо информация на иных носителях, призывающие к осуществлению экстремистской деятельности либо обосновывающие или оправдывающие необходимость осуществления такой деятельности, в том числе труды руководителей национал-социалистской рабочей партии Германии, фашистской партии Италии, публикации, обосновывающие или оправдывающие национальное и (или) расовое превосходство либо оправдывающие практику совершения военных или иных преступлений, направленных на полное или частичное уничтожение какой-либо этнической, социальной, расовой, национальной или религиозной группы.”

Пленум Верховного Суда РФ принял постановление «О судебной практике по уголовным делам о преступлениях экстремистской направленности» (http://www.vsrf.ru/Show_pdf.php?Id=7315).

В нем обобщена практика судебных процессов последних лет и даны рекомендации судам по правильной классификации экстремистской деятельности.

Появление подобного документа отнюдь не случайно.

Уже в течение многих лет юристы и правозащитники говорят о массовом росте уголовных дел по обвинению в экстремистской деятельности. Органы прокуратуры и Следственного комитета в регионах нередко возбуждали и возбуждают  абсурдные дела, приводившие к судам, жертвами которых очень часто становились журналисты и редакторы СМИ, а также неугодные политики. Уже сложилось устойчивое мнение о том, что обвинение в экстремистской деятельности используется правоохранительными органами для давления на политически неугодных властям личностей, представителей СМИ.

“Центры по противодействию экстремизму (ЦПЭ) «зашиваются» в делах политической окраски, в угоду ряда чиновников, что еще больше усугубляет социальную напряженность. И этот фактор также необходимо учитывать,” – отмечает эксперт ЦПЭ, пожелавший остаться неизвестным.

«Конституция Российской Федерации провозглашает человека, его права и свободы высшей ценностью, а их признание, соблюдение и защиту – обязанностью государства (статья 2) и устанавливает, что права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только соразмерно конституционно значимым целям (статья 55).

В Российской Федерации признаются идеологическое и политическое многообразие, многопартийность; никакая идеология не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной. Запрещается создание и деятельность общественных объединений, цели или действия которых направлены на насильственное изменение основ конституционного строя и нарушение целостности Российской Федерации, подрыв безопасности государства, создание вооруженных формирований, разжигание социальной, расовой, национальной и религиозной розни (статья 13 Конституции Российской Федерации)».

С учетом имеющейся мировой практики, норм международного права, Конституции РФ, федерального законодательства России, Пленум Верховного Суда разъяснил и разграничил такие понятия, как экстремизм и критика власти.

«При рассмотрении уголовных дел о преступлениях экстремистской направленности судам следует обеспечивать, с одной стороны,охрану публичных интересов (основ конституционного строя, целостности и безопасности Российской Федерации), а с другой – защиту гарантированных Конституцией Российской Федерации прав и свобод человека и гражданина – свободы совести и вероисповедания, свободы мысли, слова, массовой информации, права свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом, права собираться мирно, без оружия, проводить собрания, митинги и демонстрации, шествия и пикетирование.»

Достаточно подробно рассмотрен вопрос о действиях, направленных на разжигание ненависти и розни:

«Под действиями, направленными на возбуждение ненависти либо вражды, следует понимать, в частности, высказывания, обосновывающие и (или) утверждающие необходимость геноцида, массовых репрессий, депортаций, совершения иных противоправных действий, в том числе применения насилия, в отношении представителей какой-либо нации, расы, приверженцев той или иной религии и других групп лиц.»

Далее указывается, что «Критика политических организаций, идеологических и религиозных объединений, политических, идеологических или религиозных убеждений, национальных или религиозных обычаев сама по себе не должна рассматриваться как действие, направленное на возбуждение ненависти или вражды.»

При этом, «судам необходимо учитывать положения статей 3 и 4 Декларации о свободе политической дискуссии в средствах массовой информации, принятой Комитетом министров Совета Европы 12 февраля 2004 года, и практику Европейского Суда по правам человека, согласно которым политические деятели, стремящиеся заручиться общественным мнением, тем самым соглашаются стать объектом общественной политической дискуссии и критики в средствах массовой информации; государственные должностные лица могут быть подвергнуты критике в средствах массовой информации в отношении того, как они исполняют свои обязанности, поскольку это необходимо для обеспечения гласного и ответственного исполнения ими своих полномочий. Критика в средствах массовой информации должностных лиц (профессиональных политиков), их действий и убеждений сама по себе не должна рассматриваться во всех случаях как действие, направленное на унижение достоинства человека или группы лиц, поскольку в отношении указанных лиц пределы допустимой критики шире, чем в отношении частных лиц.»

Немаловажно, при решении вопроса «об экстремизме» лица или группы лиц учитывать «умысел».

«Преступление, предусмотренное статьей 282 УК РФ, совершается только с прямым умыслом и с целью возбудить ненависть либо вражду, а также унизить достоинство человека либо группы лиц по признакам пола, расы, национальности, языка, происхождения, отношения к религии, принадлежности к какой-либо социальной группе…

… Не является преступлением, предусмотренным статьей 282 УК РФ, высказывание суждений и умозаключений, использующих факты межнациональных, межконфессиональных или иных социальных отношений в научных или политических дискуссиях и текстах и не преследующих цели возбудить ненависть либо вражду, а равно унизить достоинство человека либо группы лиц по признакам пола, расы, национальности, языка, происхождения, отношения к религии, принадлежности к какой-либо социальной группе.»

Отдельно Верховный Суд затрагивает проблему проведения экспертиз в делах об экстремистской деятельности: «При назначении судебных экспертиз по делам о преступлениях экстремистской направленности не допускается постановка перед экспертом не входящих в его компетенцию правовых вопросов, связанных с оценкой деяния, разрешение которых относится к исключительной компетенции судаВ частности, перед экспертами не могут быть поставлены вопросы о том, содержатся ли в тексте призывы к экстремистской деятельности, направлены ли информационные материалы на возбуждение ненависти или вражды». К сожалению, до нынешнего времени подобные случаи были не редкостью в судебной практике.

Пленум Верховного Суда, в своем постановлении указывает на основные аспекты при рассмотрении дел «экстремистской направленности».

В этой связи, надеемся, что подразделения по противодействию экстремизму, будут учитывать, в своей оперативно-служебной деятельности постулаты, заложенные Верховным Судом РФ, практика по «экстремистским» делам станет более разумной, а позиция лиц, критикующих власть – более защищенной от давления.

Использованы материалы сайтов: ru.wikipedia.org, legalnexus.ru, hro.org, mmdc.ru, rg.ru и др.

Добавить комментарий

Plain text

  • HTML-теги не обрабатываются и показываются как обычный текст
  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.
  • Строки и параграфы переносятся автоматически.
CAPTCHA
This question is for testing whether you are a human visitor and to prevent automated spam submissions.
2 + 13 =
Решите эту простую математическую задачу и введите результат. Например, для 1+3, введите 4.