Как чиновники обманывают Путина – а он обманываться рад! Владимир Путин очень любит выдавать желаемое за действительное, озвучивая хорошие новости и факты и замалчивая плохие и неудобные. Бюрократономика, когда чиновники играют в бизнесменов

Встреча Путина и Воробьева

 

 

 

Как чиновники обманывают Путина – а он обманываться рад

  • Встреча Путина и Воробьева

    Владимир Путин очень любит выдавать желаемое за действительное, озвучивая хорошие новости и факты и замалчивая плохие и неудобные.

    Зная эту склонность президента, помощники ему на протяжении многих лет подкладывали цифры, не вполне совпадавшие с данными Росстата. После того, как это стало слишком заметно, с Росстатом провели работу, поставили его в зависимость от тех, чью работу Росстат должен оценивать, сменили руководство и теперь Росстат выдает "правильные" цифры.

    Знают эту особенность Путина и управленческая верхушка, министры, главы корпораций, губернаторы и другие. Знают и активно пользуются ей.

    К примеру недавно глава РЖД сообщил Путину благую весть о побитии советских показателей, что на самом деле не соответствовало действительности.

    Россия до сих пор не может достигнуть базовых показателей советских времен ни по промышленному производству, ни по сельскому хозяйству, ни по здоровью нации, ни по демографии. Поэтому, когда обнаруживается, что по какому-то отдельному показателю Россия достигла и превзошла уровень 1990 года, президент говорит об этом с особой гордостью, даже если эти данные откровенно накручены Росстатом и чиновниками и не соответствуют действительности.

    Разберем два свежих эпизода, как чиновники обманывают президента.

    Только что Дмитрий Рогозин встречался с Путиным и в позитивном свете рассказал о рекордном числе космических запусков Роскосмосом, завысив их с 17 до 22. Рогозин приписал Роскосмосу 3 пуска Союзов с островов Куру, которые относятся к пускам ЕС и 2 испытания Сарматы, которые вообще идут по другому ведомству - Минобороны.

    Вторая ложь на встрече с губернатором Воробьевым, который сообщил Путину благую же весть о том, что в Подмосковье теперь будут собирать Мерседесы.

    Цитирую:

    "В.Путин: Это первый завод "Мерседес" у нас будет?

    А.Воробьёв: Это первый завод в Восточной Европе. Он мощностью порядка 40 тысяч машин, четыре модели они будут выпускать."

    Во-первых, Воробьев соврал, что это будет первый сборочный завод Даймлер-Бенц в Восточной Европе. В Венгрии уже несколько лет работает завод, собирающий 180 тыс. Мерседесов в Кечкемете.

    Во-вторых, ничего хорошего еще один автосборочный завод нашей экономике не дает. Это очередное предприятие "отверточной сборки", которое совершенно не снижает зависимость нашей страны от импортных материалов и комплектующих, потому что в случае прекращения их поставки предприятие моментально станет.

    Так в нашей стране и возникают "новые производства" и ставятся рекорды - по космическим запускам, производству тех или иных товаров, урожаям и прочим показателям.

    Сперва чиновники в своих докладах президенту старательно приукрашивают действительность, манипулируют статистикой и делают приписки, а потом президент пересказывает эти "достижения" нам всем. Естественно, сама экономика от этого не растет.

    По материалам burckina-new
    ➡ Источник: 
    https://publizist.ru/blogs/112343/29368/-

 

 

Бюрократономика, когда чиновники играют в бизнесменов

  • Раньше чиновники были никудышными хозяйственниками, теперь плохие бизнесмены. Для них бюджет — стартовый капитал в бесконечной гонке бюджетного роста. Какой-то меркантилизм в обличии неолиберализма.

    Бюджет не может быть капиталом. Капитал — это прибыль во вложении, которая превращается в прибыль. Капитал развивается самостоятельно, а люди, сделавшие первоначальный вклад в компанию, получают вознаграждение. Бюджет же зависит от налоговых поступлений. Чиновники думают, что бюджет нужно вкладывать с расчётом роста, не важно у граждан или у компаний, доходов, от которых зависят налоговые отчисления.

    Но налог есть гражданское обязательство, то есть государственный бюджет превращается в коммерческий банк с обязательными вкладами от граждан виде налогов, где «проценты» по налогам зависят от того, сколько налогов мы заплатим в следующем году. Бюджет превращают в финансовую пирамиду. «МММ» выплачивала большие проценты вкладчикам из новых вкладов, этими привлекала новых и удерживала старых вкладчиков.

    А если граждане обязаны платить налоги, то у чиновников нет рисков, отсутствует вероятность банкротства, люди в следующем году опять заплатят налоги. Акционеры доверяют свои вклады компании с расчётом, что компания не только их приумножит, но в первую очередь сохранит. У чиновников нет обязательств сохранять бюджет, наоборот, они должны его тратить. Поэтому государственные вложения всегда сверхрискованные. Для чиновников главное налоговые доходы, это и определяет их стимул в экономике. И конечно, административный стимул идёт в противоречие с экономической целесообразностью.

    Первое, если чиновникам нужно увеличить бюджет, то им выгодно вкладывать с расчётом, получить больше налоговых отчислений. Значит, необходимы максимальные производственные издержки.

    Уголь добывать в Кемерово. Потом 5000 км по железной дороге в порт Ванино. Далее 1500 км морем до Магадана, где должен быть большой порт, чтобы за короткий промежуток времени принять быстро и много судов, а в зимнее время будет простаивать. И зарезервировать территорию для складирования угля на зиму. Все это повышает производственные издержки при выработке тепла и энергии.

    Конечно, громоздкие производственные связи наследие СССР. Это результат вложения по валовому доходу. Валовой доход учитывает одну и туже продукцию, постоянно её пересчитывает. Произвели мы детали и из них собрали трактор, валовой доход учитывает и стоимость деталей и стоимость трактора. Хотя мы понимает, что на самом деле существует только один трактор, в его стоимости уже включена стоимость деталей, но это уже чистый доход. Валовой доход необходимо считать, чтобы понимать во что нам обходится экономика, какой оборот продукции нужен, чтобы экономика функционировала, а производство не останавливалось. Чистый доход измеряет продуктивность производства.

    Вот и получается, чем больше валового дохода, тем больше будет налогов. Налог платит и добывающая, и перерабатывающая, и производящая, и перевозящая, и продающая организация. Но при этом мы имеем один и тот же продукт, где на разной стадии производства он облагается налогами.

    Второе, если чиновники пишут правила игры, в которую сами играют, то они всегда будут побеждать. Поэтому решения чиновников всегда перевешивают экономическую целесообразность.

    Независимый кредитный капитал вкладывается с расчётом получения чистого дохода, то есть в компании, которые заплатят минимальный налог. Это противоречит интересам чиновников. Поэтому они пишут так правила/законы, чтобы никакого независимого кредитного капитала не было. А он берётся или из внешнего источника или из сбережений граждан. Отсюда дополнительное налоговое бремя, необходимо изъять часть доходов, чтобы внутри страны не сформировался независимый кредитный капитал из сбережений граждан.

    Также государство допускает зарубежные фирмы и создаёт все условия, чтобы они разоряли страну. Напуганные граждане не будут против монополизации финансового рынка. Но грабёж совершают не зарубежные фирмы, а российские законы, которые это и поощряют. Ведь достаточно правительству предоставить рабочим права, политические права, которые и будут контролировать деятельность зарубежных фирм, без всякой государственной монополии.

    Третье, чем меньше чиновников собирают налоги, тем эффективней работает государство. Тогда чиновникам выгодно укрупнять предприятия, с целью не увеличения чистого дохода, а для минимизации бюрократических издержек. От этого, конечно, чиновников меньше не становится, просто большинство чиновников расходуют бюджет, а не пополняют.

    Значит, чем больше тех, кто платит минимальные налоги, тем больше нужно налоговых инспекторов. А функционирование завода сопровождается большим числом мелких фирм, поставляющие разные комплектующие. Завод может и давать чистый доход, но такая экономика требует больше налоговых инспекторов, что для государства невыгодно.

    Стой же целью государство пытается упростить налоговую декларацию, чтобы не налоговые инспекторы, а люди собирали с себя налоги. Так можно и тюрьму реформировать, чтобы заключённые добровольно отсиживали свой срок без надобности в тюремной охране. Люди платят налоги, не потому что хотят, а так как обязаны Конституцией. И как не упрощай налоговую декларацию от этого больше желающих заплатить налоги не станет. Налоговые декларации должны упрощать сбор налогов для инспекторов, но в любом случае это ведёт к увеличению налоговых инспекторов, если требуется собирать мелкие налоги.

    Четвёртое, если нужно собирать больше налогов с минимальным число инспекторов, то для чиновников выгоден экспорт.

    Экспорт растёт не за счёт ввода новых производственных мощностей, а за счёт использования имеющихся. Чем больше заводов останавливают свою работу, тем больше капитала оборачивается в экспорте. Это как если в один день выселить всех жильцов, то рынок недвижимости просто переполнится предложением. Но это не значит, что мы построили очень много жилья.

    Внутренняя экономика конкурентна не потому что может покупать по экспортным ценам, а из-за внутреннего оборота. Чем быстрей оборачивается капитал, тем больше доходов он приносит. Внутренняя экономика покупает дешевле, чем экспортёры, но она и быстрей оборачивает капитал.

    Пятое, чтобы увеличивать экспорт, нужно продавать дешевле. Но дешевле продают, потому что производственные издержки перекладывают на плечи потребителя. По сути, мы доплачиваем, чтобы у нас покупали. И все ради того, чтобы чиновники собрали больше налогов.

    Продавать ниже рыночной цены, снижает норму прибыли, что и вызывает отток капитала из страны. Производство расширяется не потому, что продаёт дешевле и тем самым больше, а из-за высоких цен и низких производственных издержек. Прибыль извлекается не из высоких цен, а из высокой производительности, из труда. И для существования промышленности необходимы потребитель и специалист, а не инвестиции. Инвестиции расширяют производство, промышленность уже должна существовать и быть прибыльной. 

    Сбор налогов не должен быть самоцелью. В таком случае чиновники превращаются в средневековых ростовщиков, где ростовщичество под высокие проценты повысит благосостояние граждан, потому что ростовщик становится богаче и сможет ещё больше гражданам выдать рассрочек.

    Для экономики же деньги в бюджете, это нереализованный спрос. Чем больше граждане заплатили налогов, тем меньше они купят. Поэтому бюджет не делает людей богаче, а вот чиновников делает. Бюджетные деньги снижают потребительскую стоимость. Например, есть особняк, который может купить олигарх, и есть эконом-жильё, которое купят все, у чего потребительская стоимость выше? Дело не в том, сколько вещь стоит, а на сколько данный товар необходим людям. И чем выше на него спрос, тем выше потребительская стоимость. А то, что может позволить только бюджет, никакой потребительской стоимости не содержит, кроме государства никто и не купит.

    Не создавая спрос, бюджет может покупать много, тем самым снижая производственные издержки. Например, здравоохранение. Мы можем не платить налоги и покупать медицинские услуги самостоятельно. Или мы можем платить за медицинскую страховку, формируя общественный фонд, который оплачивает все медицинские услуги. И в том и в другом случае сама услуга обойдётся в одну и тужу цену, но во втором случае медицинские услуги будут иметь меньше производственных издержке, значит, сможет оказать большему количеству людей услуг.

    Бюджет, по существу, это общественный фонд, куда поступают целевые взносы от граждан — налоги (не путать с налогами нормирующие производственные отношения, см. Проблема не в налогах, а в производственных отношениях). Деятельность «фонда» регламентируется уставом, то есть конституцией, которая определяет на что должны пойти «целевые поступления».

    Но когда граждане жертвуют деньги в благотворительный фонд, а руководители такого фонда за место того, чтобы помочь нуждающимся, деньги постоянно вкладывают в бизнес, оправдывая это возможностью в будущем расширить свою деятельность и помочь большему количеству, тогда к такому фонду падает доверие. Никто не будет жертвовать деньги в благотворительный фонд, который не помогает нуждающимся. Поэтому и налоги никто не хочет платить. Какой смысл делать взносы в обязательное медицинское страхование, если потом придётся покупать медицинские услуги.

    Бюджетный кризис порождён не целевым использованием общественного блага. И как и любая финансовая пирамида, государственная тоже, рано или поздно лопается.

Добавить комментарий

Plain text

  • HTML-теги не обрабатываются и показываются как обычный текст
  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.
  • Строки и параграфы переносятся автоматически.
CAPTCHA
This question is for testing whether you are a human visitor and to prevent automated spam submissions.
1 + 2 =
Решите эту простую математическую задачу и введите результат. Например, для 1+3, введите 4.