КАК ЕДРОСЫ ПОДНИМАЮТ РУКИ ВВЕРХ ПЕРЕД КОММУНИСТАМИ. Выборы губернаторов уже ошеломительны для Кремля. Скандал в Приморье оказался только началом политических потрясений в России!

Image result for ХАКАСИЯ ЗИМИН убежал КАРТИНКИ

Выборы губернаторов уже ошеломительны для Кремля

 

Выборы губернаторов уже ошеломительны для Кремля

Скандал в Приморье оказался только началом политических потрясений в России

http://svpressa.ru/society/article/211263/

Отмененный второй тур выборов в губернаторы Приморья оказался лишь первым в череде громких скандалов в этой политической компании. Накануне воскресного голосования горячие страсти разгорелись и в Хакасии. Там за три дня до важнейшего для республики события внезапно снял свою кандидатуру действующий губернатор Виктор Зимин (партия «Единая Россия»).

Причем, обставлен отказ Зимина весьма загадочно. Сначала председатель избирательной комиссии Республики Хакасия Александр Чуманин заявил, что губернатор сильно ослабел здоровьем и поэтому решил отказаться от дальнейшей борьбы со своим соперником от КПРФ во втором туре — депутатом горсовета Абакана Валентином Коноваловым. Но буквально тут же сам Зимин записал видеообращение к землякам с совершенно иной версией.

«Я принял решение, я ухожу. Я ухожу, чтобы не допустить раскола в Хакасии, моем родном доме», — заявил посредством видео Зимин. И далее: «На республику и на меня были обрушены потоки критики. Я не жалуюсь, я политик и понимал, что это такое. Но я оказался в центре мощнейшей информационной кампании, целью которой была смена власти в Хакасии».

Затем последовало вовсе уж неожиданное для российской политической реальности признание главы Хакасии, что в первом туре народ, по сути, выразил недоверие «курсу правительства» (надо полагать, он имел в виду не правительство России, а только своих подчиненных). Поэтому, дескать, Зимин тоже вынужден сделать честные выводы о результатах и перспективах своей работы.

Теперь, очевидно, второй тур в этой республике будет отложен на две недели. И очень любопытно последить за его итогами.

Итак, из четырех регионов, в которых был намечен второй тур на воскресенье, к субботе осталось только два. И, таким образом, давно сложившиеся в России правила игры на этом поле меняются прямо на глазах. Как уже сказано, началось это с Приморья.

Директор Института глобализации и социальных движений Борис Кагарлицкий убежден, с проблемой столкнулось не только политическое сообщество Дальнего Востока, но и вся страна.

— То, что произошло в Приморье, это не просто провал выборов. Более того, это не просто провал команды Тарасенко или его политехнологов. И не какой-то даже провал того или иного отдела администрации. На самом деле, это системный провал, — считает эксперт.

По его мнению, такое состояние дел связано с качественным изменением обстановки в стране: социальная и политическая ситуация изменилась, а люди во власти пытаются работать так, будто все осталось как раньше. В результате, полагает Кагарлицкий, происходит очевидное несовпадение действий власти и людей, которые на власть работают.

— Этот системный провал имеет долгосрочные последствия и уже сейчас начинает сказываться на других избирательных кампаниях. Потому что то, что сейчас мы наблюдаем во Владимирской области, Хакасии и Хабаровске — это продолжение того же самого кризиса. Причём, он потенциально выходит на новый уровень, — считает политолог.

Кагарлицкий отметил, что оппозиционные кандидаты, участвующие в этих выборах, вполне могли бы работать с федеральными властями. Более того, они подчеркивают свою лояльность, делая соответствующие заявления. И, тем не менее, заметил он, продолжаются попытки «протолкнуть» действующих губернаторов или врио.

— Мне кажется, появляется очень важная и опасная тенденция: в администрации президента РФ считают, что им нужны губернаторы, которые своим избранием обязаны им и только им, — заявил эксперт, добавив, что такая политика не работает. Сейчас выясняется, пояснил он, что держать губернатора только «на крючке» из Москвы невозможно.

Кроме того, по словам Кагарлицкого, есть понимание, что приход независимого от администрации лояльного кандидата в ресурсно богатый регион, как Приморье или Хабаровский край, может привести к появлению там «условно второго Иркутска». Как известно, губернатор Иркутской области Сергей Левченко чувствует себя довольно уверенно и проводит самостоятельное политику, не идёт ни на какие конфликты с Москвой. Но при этом в пределах своего региона работает по собственной концепции.

— И с ним, в общем, ничего нельзя сделать. Потому что у него всё в порядке, нет провалов, у него всё нормально, — считает Кагарлицкий.

Он полагает, что федеральному центру надо максимально отстраниться от местного избирательного процесса, чтобы он шел естественным образом. Только таким образом можно снять сейчас остроту кризиса.

Однако это, по мнению политолога, означает большую вероятность появления губернаторов «не из их списка». Кроме того, с новыми губернаторами придется договариваться. Однако Кагарлицкий допускает, что к этому не все стороны готовы. В том числе — и местные власти.

— Сумеют ли местные чиновники всё сделать по-честному, если они уже за последнее время «заточены» на другие действия? Сориентированы на то, чтобы любой ценой протащить губернатора действующего или врио? Я думаю, что в этом случае велика вероятность, что даже вопреки здравому указанию Москвы всё равно они будут совершать нарушения, — опасается эксперт. Все это, по его словам, может привести к новому политическому кризису.

Появление в современной российской политике «дальневосточного фактора» отметил и политолог Максим Мейер. При этом он согласился с коллегой, что у центральной власти проблем на Дальнем Востоке нет. А вот губернаторам ДВ он советует учиться работать с местными жителями, так как экономическая реальность в регионе меняется, уровень жизни растет. Это когда люди в тех краях были заняты выживанием, населению было не до протестов.

— Губернаторам на Дальнем Востоке, всему политическому руководству региона надо учиться работать с этим явлением. Учиться работать с людьми, которые постепенно, и даже странным для них самих образом, начинают чувствовать себя лучше, начинают иметь какие-то более осмысленные интересы, — добавил он.

Когда люди активно выбирают себе руководителя, это значит, считает Мейер, что у них есть какое-то видение будущего. А управлять растущими экономически регионами очень сложно. Сложнее, по мнению политолога, чем депрессивными.

На смену «экономического времени» также обратил внимание и глава Российской ассоциации политических консультантов Алексей Куртов:

— Люди ищут возможность себя реализовывать, зарабатывать. А Дальний Восток сейчас в максимальной независимости от государственной власти. У местных людей очень много возможностей работать экономически самостоятельно за границей: и Китай, и Корея, и Япония, и даже Америка. Это значит — много портов, много перевалочных пограничных пунктов и так далее. И, видимо, скандал в Приморье - это эксцесс исполнителя.

Здесь я бы снял ответственность с администрации президента России. Потому что, на мой взгляд, всё было сделано не потому, что сверху из Москвы что-то продиктовали. Регуляционных потоков из АП РФ становится всё меньше. В то же время больше свободы дается местным политикам.

Куртов уверен, что если бы не растущая прозрачность выборов в России, то не было бы и скандала на Дальнем Востоке.

Особой территорией считает Дальний Восток директор Центра развития региональной политики (ЦРРП) Илья Гращенков. Он напомнил о проходивших здесь в свое время митингах против запрета автомашин в «правым» рулем.

— Народ там привык решать проблемы публично. И загонять людей на площади не надо, — считает он.

Эксперт предлагает внимательно посмотреть за результатами голосования в воскресенье в оставшихся двух регионах. Если власти будут действовать в таком же векторе, как и в Приморье, приняв достаточно взвешенное решение, то, по его мнению, «мы увидим рождение новой региональной политики, которая будет продолжаться ближайшие два-три года и приведёт к становлению чего-то нового».

Член экспертного совета ЦРРП Андрей Колядин отметил, что наряду с большими вложениями в социально-экономическое развитие страны, внутриполитические вопросы властью давно не поднимались. Соответственно, назрели проблемы, которые не решены и выражаются в промежуточных итогах местных выборов.

— Если эти реформы не будут осуществлены, то сюрпризы для Кремля будут появляться и дальше. И через некоторое время власть будет радоваться не только 30% где-либо набранных «Единой Россией». Но и 20%, и 10%. Будут радоваться даже 2%, — резюмировал эксперт.

Комментарии

До Москвы – от самых от окраин…

Отмена результатов выборов губернатора в Приморье имеет далеко идущие последствия

Решение отменить результаты голосования за претендентов на должность главы региона в Приморском крае состоялось: краевая избирательная комиссия, решив не дожидаться выводов приехавших из Центризбиркома проверяющих, выдала такой вердикт. Хорошо ли это, плохо ли – факт свершился, и настаёт время анализировать не только то, кто и как действовал, что именно предопределило такой исход. Стоит задуматься и над тем, какое значение имеет сложившаяся ситуация для общественно-политической жизни России в целом, а не только отдельно взятого Приморского края.
Для начала попытаемся понять, кто же такой губернатор (вне зависимости от его фамилии, партийной принадлежности и иных, как говорят правоохранители, «установочных» данных). С одной стороны, это глава исполнительной власти в регионе и является лицом, ответственным перед населением за тот порядок, который на территории имеет место быть. Причём ответственность эта проистекает в основном из того, что население (по крайней мере, в настоящее время, хотя так было не всегда даже на современном нам этапе) главу региона избирает. Если посмотреть на фигуру губернатора с другой стороны, то стоит вспомнить, что именно с уровня субъекта РФ власть именуется и является государственной. Т.е. получается, что руководитель региона так или иначе является лицом, не только предлагаемым со стороны «федерального центра», но и в значительной степени зависимым от этого «центра», а не только данному «центру» подконтрольным. Такой аспект вполне понятен даже по тому, что на время (пусть даже краткого по продолжительности) «безвластия» исполняющего обязанности губернатора определяет и направляет именно всё тот же «федеральный центр».
Такое двойственное положение накладывает определённый (если не сказать «существенный») отпечаток и на характер выборов губернаторов. Этот момент в значительной мере предопределил остроту противоборства, сложившегося в процессе подготовки, а особенно – проведения нынешней избирательной кампании.
Дело не в том, плох или хорош как руководитель края Андрей Тарасенко. Вопрос в другом: в том, что он воспринимается населением Приморья как «варяг», как «пришлый» (вернее, «присланный Москвой»). Да ещё и поддержанный пресловутой «партией власти», доверие к которой в значительной мере оказалось к сегодняшнему дню подорвано (или, хотя бы, поколеблено) правительственной инициативой о так называемой «пенсионной реформе». Оппонент по выборной гонке – Андрей Ищенко, – напротив ассоциируется с «оппозиционной» партией (хотя «оппозиционность» сегодняшней КПРФ зачастую вызывает кривую усмешку), выступившей категорически против такой инициативы.
То, что непосредственно в день (если быть хронологически точным, то, скорее, в ночь и под утро следующих суток) второго тура голосования произошла чехарда, которую (как можно понять, не без оснований) наблюдатели связали с возможными подтасовками, вбросами бюллетеней, исправлениями в протоколах и т.п., – всё это не видится таким уж удивительным.
При двояком статусе сегодняшнего губернатора региона (используя старинные аналоги, можно сказать, что он, с одной стороны, «удельный князь», а с другой, – «государев наместник») вполне становится понятным и объяснимым явлением тот неподдельный интерес к его фигуре со стороны именно федеральных властей. И не просто интерес, а попытки всеми правдами и неправдами (чего больше – думайте сами) сделать из главы территории своего «в доску» человека. Когда краем, областью, республикой и т.п. управляет назначенец, тогда вопрос о том, насколько он «свой» для Кремля, не возникает в принципе: как назначили – так же легко и непринуждённо возможно и снять, заменив на более лояльного, если не сказать «послушного», исполнителя «верховной воли». Но если в стране утвердилась практика избрания глав регионов, то «федеральному центру» приходится считаться с тем, что эти главы должны нести какую-то ответственность и перед избирателями, а не только перед ним.
Щекотливость выборов состоит в том, что интересы двух этих сил – «федерального центра» и избирателей в регионе – нередко если не противоположны, то, хотя бы, существенно отличаются. Если даже пресловутый «центр» вкладывает средства (свои или привлечённые – это уже второй вопрос) в дороги, мосты, стадионы и т.д. и т.п., даже создаёт специализированные министерства по управлению макрорегионами (таковые существуют в РФ по Дальнему Востоку и по Северному Кавказу), но существенно все эти, достаточно внешние, перемены не сказываются положительно на качестве жизни населения, – стоит ли удивляться тому, что избирателям (им-то тут жить – в отличие от одного из экс-губернаторов Приморья, чьи листовки с весьма характерным слоганом оказались расклеенными даже на заборе небезызвестного в Приморье заведения по адресу на Партизанском проспекте Владивостока!) при выборе между «наместником государя» и «удельным князем» приходится выбирать, и предпочтительней может на выборах оказаться именно фигура «князя». Ведь он, как правило, – не заезжий, пусть даже на несколько лет, гастролёр; он здесь вырос, знает и умеет (в большей или меньшей степени – не о том сейчас речь) решать здешние же проблемы, по крайней мере, видит возможные пути их решения тут, на месте, а не с московской колокольни Ивана Великого. И тут начинается самое интересное.
Оно заключается в том, что «федеральный центр» хочет иметь во главе региона такого руководителя, который бы отвечал его, «центра», интересам – мог бы способствовать, чтобы налоги (хотя бы – основная их часть) поступали именно в федеральный бюджет, чтобы здесь, в регионе, могли бы создаваться те или иные структуры, проводящие линию «центра». Чтобы добычей природных ресурсов занимались компании, функционирующие, как минимум, под «патронажем» подконтрольных «центру» компаний. А сбыт продукции в регионе осуществляли опять-таки те, кто входит в орбиту интересов всё того же «центра». Что касается местных производителей или ретейлеров – в отношении них действует правило: «не можешь подчинить – дави».
Вполне объяснимо и то, что не только население как таковое, но и бизнес в регионах подобный подход едва ли может устроить. А если всё происходит на тех территориях, где природно-климатические условия весьма разительно отличаются от достаточно благоприятных, которые присущи значительной части Европейской России, – тут возникают, можно сказать, особые отношения. Для Дальнего Востока, к примеру, «традиционной» (и время от времени поднимаемой, причём – по инициативе «Москвы») является проблема «правого руля»: то у федеральных чиновников возникают «остроумные» предложения о переделке конструкций иномарок, то о запрете или увеличении таможенных пошлин, то ещё какие мысли по поводу. Около десятка лет назад дошло даже до того, что приморцев, недовольных очередной новацией «федералов», пришлось усмирять с помощью специально присланного во Владивосток из Подмосковья ОМОНа.
Впрочем, как показывает практика, разного рода pr-технологии, как и манипуляции на выборах (раз от раза они становятся, конечно, «совершеннее» и дошли в последний по времени раз до такого абсурда, как проведение неких «учений пожарных» в помещениях, где размещались избирательные комиссии), уже не имеют того эффекта, на который по старинке надеются в Москве. «Нашенский» Владивосток, Приморье, да и другие (наверное, так) регионы, особенно – почитаемые «федеральным центром» за «далёкие окраины», уже не хотят изображать из себя «хор мальчиков-зайчиков». А хотят жить достойно и – по-своему.
Что тут скажешь? О «параде суверенитетов» сейчас уже мало кто вспоминает, а если и говорит, то как о чём-то уже пережитом и почти забытом. Впрочем, не все предали забвению мечту о том, чтобы сбросить с себя ярмо, каковым воспринимают (наверное, не без оснований) всё тот же «федеральный центр». Конечно, далеко не всякий регион (а вернее – практически никто) не может похвалиться такой «самостоятельностью», какой достигла при нынешнем главе республики Рамзане Кадырове Чечня. То, что на её нужды из федерального бюджета выделяются не просто «не маленькие», а колоссальные средства, – известно, пожалуй, сегодня всем и каждому. Но не «все и каждый» задумываются, почему на территории этой республики федеральное законодательство применяется, скажем так, очень своеобразно; почему даже для действий федеральных министерств и ведомств силового блока в Чеченской Республике требуется практически согласие на проведение тех или иных спецмероприятий со стороны главы этого субъекта РФ и др. Или, может, эта республика получила какой-то особый статус, который (возможно, пока) не прописан в Конституции РФ?
В связи с этим обстоятельством хочется обратить внимание и на то, что Дальний Восток (включая, понятное дело, Приморский край) стал средоточием так называемых ТОРов (хотя, помимо Приморья и других регионов этого макрорегиона, «территории опережающего развития» формируются и в других частях России). Если говорить о правовом режиме этих территорий, то нужно иметь в виду следующее. Применение общефедерального законодательства на них крайне своеобразно. И отчасти напоминает знаменитую фразу из миниатюры в исполнении Владимира Винокура: «Тут – играем, тут – не играем, а тут рыбу заворачивали». Проще сказать, не только местному самоуправлению на уровне муниципалитетов, но и властям региона приходится лавировать, чтобы и не прослыть нарушителями законодательства, и соблюсти интересы «резидентов ТОРов», «свободного порта» и т.п. Этот аспект тоже приходится учитывать, когда проводится анализ деятельности губернаторов регионов.
Возвращаясь мысленно к сравнению таких должностных лиц и с наместниками правителей, и с удельными князьями былых эпох, можно заметить вертящееся в уме сопоставление возможной перспективы «рассыпания» России на отдельные микрогосударства (по аналогии с тем, как в своё время развалился СССР) с периодом так называемой «феодальной раздробленности». Не преуменьшая тех опасностей и трудностей, которые сопровождали процесс тогдашнего, почти тысячелетней давности, распада, да и угроз, которые таит сопоставимый с тем современный процесс размежевания, стоит обратить внимание и на другие аспекты данной проблемы. (Стоит сразу оговорить, что анализ ситуации не подразумевает под собой восхваление какого-либо процесса, а тем более – призыва к проведению тех или иных действий. Нередко случается, что в погоне за «процентовкой» раскрываемости тех или иных деяний правоохранители не утруждают себя увидеть подобные различия, а потому подвергают аналитиков ничем не оправданной опале).
Да, в период феодальной раздробленности связи между территориями отдельной большой (всё, понятное дело, относительно!) страны были сведены к минимуму или даже утрачены вовсе. Но это совершенно не означало, что столь же ничтожными оказывались связи и внутри каждой из таких территорий. Необходимость выживания диктовала потребность подъёма производства и внутреннего обмена. А когда масштабы последнего уже не могли отвечать потребностям рынка (как сырья, рабочей силы, так и сбыта готовой продукции), то тогда назрела потребность в поисках внешних рынков и, соответственно, сближения и даже объединения территорий. Другое дело, что новое объединение могло быть (и в значительной части было) иным, чем то, которое предшествовало разделению большой территории на несколько меньших. Вполне возможно, что мы сейчас стоим на пороге (или уже начали движение в эту сторону – пока однозначно говорить, наверное, рано) чего-то подобного.
Логичный вопрос: «А к чему этот экскурс?» – сопровождается не менее логичным ответом. Нынешняя ситуация, когда «федеральный центр», без преувеличения, высасывает из регионов практически все соки, может (логика подсказывает, что может) подтолкнуть их к «разбеганию» в разные стороны. Время от времени приходится знакомиться с разными схемами территориально-административного устройства и деления, которые могут быть актуализированными подобным воздействием «федерального центра». Кто-то спешит «отдать» Дальний Восток и Сибирь Китаю (оснований для таких прогнозов и сейчас можно найти предостаточно), другие видят раздел территорий между Японией, Китаем и другими странами, третьи, вообще, говорят о нескольких относительно независимых республиках, которые могут сформироваться на пространстве сегодняшних Дальнего Востока и Сибири. Да и, что греха таить, идею организации (или воссоздания?) Дальневосточной республики уже в постсоветский период не раз выдвигали «горячие головы» не только в Приморье… Словом, такая реакция на «поведение» «федерального центра» тоже не является снегом, выпавшим на голову. Всё вполне понятно и вполне объяснимо (хотя это и не означает автоматически, что всё изложенное не просто приемлемо, но и может быть реализовано на практике).
Риск сорвать резьбу при закручивании гаек весьма велик, особенно тогда, когда в котле, на котором эти гайки располагаются и держат крышку, закипает вода. Учитывают ли это обстоятельство те, кто «метит в губернаторы» Приморья и других регионов, а также те, кто за этими претендентами стоит, – это будет видно уже вскоре. Как говорится, нравится ли это кому-либо или нет.
До Москвы – от самых от окраин…

Отмена результатов выборов губернатора в Приморье имеет далеко идущие последствия

Решение отменить результаты голосования за претендентов на должность главы региона в Приморском крае состоялось: краевая избирательная комиссия, решив не дожидаться выводов приехавших из Центризбиркома проверяющих, выдала такой вердикт. Хорошо ли это, плохо ли – факт свершился, и настаёт время анализировать не только то, кто и как действовал, что именно предопределило такой исход. Стоит задуматься и над тем, какое значение имеет сложившаяся ситуация для общественно-политической жизни России в целом, а не только отдельно взятого Приморского края.
Для начала попытаемся понять, кто же такой губернатор (вне зависимости от его фамилии, партийной принадлежности и иных, как говорят правоохранители, «установочных» данных). С одной стороны, это глава исполнительной власти в регионе и является лицом, ответственным перед населением за тот порядок, который на территории имеет место быть. Причём ответственность эта проистекает в основном из того, что население (по крайней мере, в настоящее время, хотя так было не всегда даже на современном нам этапе) главу региона избирает. Если посмотреть на фигуру губернатора с другой стороны, то стоит вспомнить, что именно с уровня субъекта РФ власть именуется и является государственной. Т.е. получается, что руководитель региона так или иначе является лицом, не только предлагаемым со стороны «федерального центра», но и в значительной степени зависимым от этого «центра», а не только данному «центру» подконтрольным. Такой аспект вполне понятен даже по тому, что на время (пусть даже краткого по продолжительности) «безвластия» исполняющего обязанности губернатора определяет и направляет именно всё тот же «федеральный центр».
Такое двойственное положение накладывает определённый (если не сказать «существенный») отпечаток и на характер выборов губернаторов. Этот момент в значительной мере предопределил остроту противоборства, сложившегося в процессе подготовки, а особенно – проведения нынешней избирательной кампании.
Дело не в том, плох или хорош как руководитель края Андрей Тарасенко. Вопрос в другом: в том, что он воспринимается населением Приморья как «варяг», как «пришлый» (вернее, «присланный Москвой»). Да ещё и поддержанный пресловутой «партией власти», доверие к которой в значительной мере оказалось к сегодняшнему дню подорвано (или, хотя бы, поколеблено) правительственной инициативой о так называемой «пенсионной реформе». Оппонент по выборной гонке – Андрей Ищенко, – напротив ассоциируется с «оппозиционной» партией (хотя «оппозиционность» сегодняшней КПРФ зачастую вызывает кривую усмешку), выступившей категорически против такой инициативы.
То, что непосредственно в день (если быть хронологически точным, то, скорее, в ночь и под утро следующих суток) второго тура голосования произошла чехарда, которую (как можно понять, не без оснований) наблюдатели связали с возможными подтасовками, вбросами бюллетеней, исправлениями в протоколах и т.п., – всё это не видится таким уж удивительным.
При двояком статусе сегодняшнего губернатора региона (используя старинные аналоги, можно сказать, что он, с одной стороны, «удельный князь», а с другой, – «государев наместник») вполне становится понятным и объяснимым явлением тот неподдельный интерес к его фигуре со стороны именно федеральных властей. И не просто интерес, а попытки всеми правдами и неправдами (чего больше – думайте сами) сделать из главы территории своего «в доску» человека. Когда краем, областью, республикой и т.п. управляет назначенец, тогда вопрос о том, насколько он «свой» для Кремля, не возникает в принципе: как назначили – так же легко и непринуждённо возможно и снять, заменив на более лояльного, если не сказать «послушного», исполнителя «верховной воли». Но если в стране утвердилась практика избрания глав регионов, то «федеральному центру» приходится считаться с тем, что эти главы должны нести какую-то ответственность и перед избирателями, а не только перед ним.
Щекотливость выборов состоит в том, что интересы двух этих сил – «федерального центра» и избирателей в регионе – нередко если не противоположны, то, хотя бы, существенно отличаются. Если даже пресловутый «центр» вкладывает средства (свои или привлечённые – это уже второй вопрос) в дороги, мосты, стадионы и т.д. и т.п., даже создаёт специализированные министерства по управлению макрорегионами (таковые существуют в РФ по Дальнему Востоку и по Северному Кавказу), но существенно все эти, достаточно внешние, перемены не сказываются положительно на качестве жизни населения, – стоит ли удивляться тому, что избирателям (им-то тут жить – в отличие от одного из экс-губернаторов Приморья, чьи листовки с весьма характерным слоганом оказались расклеенными даже на заборе небезызвестного в Приморье заведения по адресу на Партизанском проспекте Владивостока!) при выборе между «наместником государя» и «удельным князем» приходится выбирать, и предпочтительней может на выборах оказаться именно фигура «князя». Ведь он, как правило, – не заезжий, пусть даже на несколько лет, гастролёр; он здесь вырос, знает и умеет (в большей или меньшей степени – не о том сейчас речь) решать здешние же проблемы, по крайней мере, видит возможные пути их решения тут, на месте, а не с московской колокольни Ивана Великого. И тут начинается самое интересное.
Оно заключается в том, что «федеральный центр» хочет иметь во главе региона такого руководителя, который бы отвечал его, «центра», интересам – мог бы способствовать, чтобы налоги (хотя бы – основная их часть) поступали именно в федеральный бюджет, чтобы здесь, в регионе, могли бы создаваться те или иные структуры, проводящие линию «центра». Чтобы добычей природных ресурсов занимались компании, функционирующие, как минимум, под «патронажем» подконтрольных «центру» компаний. А сбыт продукции в регионе осуществляли опять-таки те, кто входит в орбиту интересов всё того же «центра». Что касается местных производителей или ретейлеров – в отношении них действует правило: «не можешь подчинить – дави».
Вполне объяснимо и то, что не только население как таковое, но и бизнес в регионах подобный подход едва ли может устроить. А если всё происходит на тех территориях, где природно-климатические условия весьма разительно отличаются от достаточно благоприятных, которые присущи значительной части Европейской России, – тут возникают, можно сказать, особые отношения. Для Дальнего Востока, к примеру, «традиционной» (и время от времени поднимаемой, причём – по инициативе «Москвы») является проблема «правого руля»: то у федеральных чиновников возникают «остроумные» предложения о переделке конструкций иномарок, то о запрете или увеличении таможенных пошлин, то ещё какие мысли по поводу. Около десятка лет назад дошло даже до того, что приморцев, недовольных очередной новацией «федералов», пришлось усмирять с помощью специально присланного во Владивосток из Подмосковья ОМОНа.
Впрочем, как показывает практика, разного рода pr-технологии, как и манипуляции на выборах (раз от раза они становятся, конечно, «совершеннее» и дошли в последний по времени раз до такого абсурда, как проведение неких «учений пожарных» в помещениях, где размещались избирательные комиссии), уже не имеют того эффекта, на который по старинке надеются в Москве. «Нашенский» Владивосток, Приморье, да и другие (наверное, так) регионы, особенно – почитаемые «федеральным центром» за «далёкие окраины», уже не хотят изображать из себя «хор мальчиков-зайчиков». А хотят жить достойно и – по-своему.
Что тут скажешь? О «параде суверенитетов» сейчас уже мало кто вспоминает, а если и говорит, то как о чём-то уже пережитом и почти забытом. Впрочем, не все предали забвению мечту о том, чтобы сбросить с себя ярмо, каковым воспринимают (наверное, не без оснований) всё тот же «федеральный центр». Конечно, далеко не всякий регион (а вернее – практически никто) не может похвалиться такой «самостоятельностью», какой достигла при нынешнем главе республики Рамзане Кадырове Чечня. То, что на её нужды из федерального бюджета выделяются не просто «не маленькие», а колоссальные средства, – известно, пожалуй, сегодня всем и каждому. Но не «все и каждый» задумываются, почему на территории этой республики федеральное законодательство применяется, скажем так, очень своеобразно; почему даже для действий федеральных министерств и ведомств силового блока в Чеченской Республике требуется практически согласие на проведение тех или иных спецмероприятий со стороны главы этого субъекта РФ и др. Или, может, эта республика получила какой-то особый статус, который (возможно, пока) не прописан в Конституции РФ?
В связи с этим обстоятельством хочется обратить внимание и на то, что Дальний Восток (включая, понятное дело, Приморский край) стал средоточием так называемых ТОРов (хотя, помимо Приморья и других регионов этого макрорегиона, «территории опережающего развития» формируются и в других частях России). Если говорить о правовом режиме этих территорий, то нужно иметь в виду следующее. Применение общефедерального законодательства на них крайне своеобразно. И отчасти напоминает знаменитую фразу из миниатюры в исполнении Владимира Винокура: «Тут – играем, тут – не играем, а тут рыбу заворачивали». Проще сказать, не только местному самоуправлению на уровне муниципалитетов, но и властям региона приходится лавировать, чтобы и не прослыть нарушителями законодательства, и соблюсти интересы «резидентов ТОРов», «свободного порта» и т.п. Этот аспект тоже приходится учитывать, когда проводится анализ деятельности губернаторов регионов.
Возвращаясь мысленно к сравнению таких должностных лиц и с наместниками правителей, и с удельными князьями былых эпох, можно заметить вертящееся в уме сопоставление возможной перспективы «рассыпания» России на отдельные микрогосударства (по аналогии с тем, как в своё время развалился СССР) с периодом так называемой «феодальной раздробленности». Не преуменьшая тех опасностей и трудностей, которые сопровождали процесс тогдашнего, почти тысячелетней давности, распада, да и угроз, которые таит сопоставимый с тем современный процесс размежевания, стоит обратить внимание и на другие аспекты данной проблемы. (Стоит сразу оговорить, что анализ ситуации не подразумевает под собой восхваление какого-либо процесса, а тем более – призыва к проведению тех или иных действий. Нередко случается, что в погоне за «процентовкой» раскрываемости тех или иных деяний правоохранители не утруждают себя увидеть подобные различия, а потому подвергают аналитиков ничем не оправданной опале).
Да, в период феодальной раздробленности связи между территориями отдельной большой (всё, понятное дело, относительно!) страны были сведены к минимуму или даже утрачены вовсе. Но это совершенно не означало, что столь же ничтожными оказывались связи и внутри каждой из таких территорий. Необходимость выживания диктовала потребность подъёма производства и внутреннего обмена. А когда масштабы последнего уже не могли отвечать потребностям рынка (как сырья, рабочей силы, так и сбыта готовой продукции), то тогда назрела потребность в поисках внешних рынков и, соответственно, сближения и даже объединения территорий. Другое дело, что новое объединение могло быть (и в значительной части было) иным, чем то, которое предшествовало разделению большой территории на несколько меньших. Вполне возможно, что мы сейчас стоим на пороге (или уже начали движение в эту сторону – пока однозначно говорить, наверное, рано) чего-то подобного.
Логичный вопрос: «А к чему этот экскурс?» – сопровождается не менее логичным ответом. Нынешняя ситуация, когда «федеральный центр», без преувеличения, высасывает из регионов практически все соки, может (логика подсказывает, что может) подтолкнуть их к «разбеганию» в разные стороны. Время от времени приходится знакомиться с разными схемами территориально-административного устройства и деления, которые могут быть актуализированными подобным воздействием «федерального центра». Кто-то спешит «отдать» Дальний Восток и Сибирь Китаю (оснований для таких прогнозов и сейчас можно найти предостаточно), другие видят раздел территорий между Японией, Китаем и другими странами, третьи, вообще, говорят о нескольких относительно независимых республиках, которые могут сформироваться на пространстве сегодняшних Дальнего Востока и Сибири. Да и, что греха таить, идею организации (или воссоздания?) Дальневосточной республики уже в постсоветский период не раз выдвигали «горячие головы» не только в Приморье… Словом, такая реакция на «поведение» «федерального центра» тоже не является снегом, выпавшим на голову. Всё вполне понятно и вполне объяснимо (хотя это и не означает автоматически, что всё изложенное не просто приемлемо, но и может быть реализовано на практике).
Риск сорвать резьбу при закручивании гаек весьма велик, особенно тогда, когда в котле, на котором эти гайки располагаются и держат крышку, закипает вода. Учитывают ли это обстоятельство те, кто «метит в губернаторы» Приморья и других регионов, а также те, кто за этими претендентами стоит, – это будет видно уже вскоре. Как говорится, нравится ли это кому-либо или нет.

Страницы

Добавить комментарий

Plain text

  • HTML-теги не обрабатываются и показываются как обычный текст
  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.
  • Строки и параграфы переносятся автоматически.
CAPTCHA
This question is for testing whether you are a human visitor and to prevent automated spam submissions.
2 + 9 =
Решите эту простую математическую задачу и введите результат. Например, для 1+3, введите 4.