Вопросы борьбы со злом. "Правда": Нувориши — тормоз для экономики. "Советская Россия": Кто и как тянет "репу" коррупции.

Нувориши — тормоз для экономики

№135 (30632) 5—6 декабря 2017 года
2 ПОЛОСА
Автор: Александр ДЬЯЧЕНКО.

Чем ближе президентские выборы, тем больше мы слышим бравурных отчётов и заявлений чиновников и приближённых к власти экспертов. И тем ценнее всякое действительно не ангажированное и одновременно компетентное мнение о состоянии дел в экономике. На днях в стенах Торгово-промышленной палаты Российской Федерации обсуждали доклад «Развитие региональной промышленной политики», который будет обнародован на предстоящем заседании Госсовета (планируется на февраль следующего года).

ТОН ДИСКУССИИ задал председатель совета ТПП РФ по промышленному развитию и конкурентоспособности экономики России, президент Российской ассоциации производителей сельхозтехники «Росагромаш» Константин Бабкин. Он заявил, что в последние десятилетия не было никаких внятных планов развития страны. Более того — многие должностные лица в правительстве отрицали необходимость развития промышленности, сельского хозяйства, а макроэкономические прогнозы строились исходя из цен на нефть и темпов развития мировой экономики, а также действий зарубежных стран. Никаких планов развития страны нет до сих пор.

Может, поэтому и нет никакого развития, а есть лишь колебательные движения нашего ВВП и рубля вокруг курса барреля нефти да в зависимости от градуса напряжённости или дружелюбности отношения к нам Запада? Необходимость промышленной политики до сих пор отрицается некоторыми высшими чиновниками. И что же получаем в итоге? Львиная доля регионов являются дотационными. Но не создана ли такая ситуация искусственно? Ведь в России лишь 36% из собираемых налогов остаётся в регионах, а, к примеру, в Германии и в Канаде — почти половина. Самостоятельность регионов в других странах гораздо более высокая.

Порочная политика наблюдается и по отношению к транспортной системе страны, которую рассматривают лишь в качестве источника изъятия финансовых средств из экономики. Вводятся новые налоги на перевозку товаров, продавлена система «ПЛАТОН», постоянно повышаются топливные акцизы, высок налог на добычу углеводородов. Из-за этого у нас гораздо более дорогое топливо, чем во многих нефтедобывающих странах. Государство сознательно превращает транспорт в источник налоговых поступлений. В других же странах транспорт — это инструмент развития и поддержки предприятий и активности граждан. Дешёвый транспорт — основа здорового экономического развития страны.

К примеру, в Евросоюзе услуги авиатранспорта на четверть дешевле, чем в России, в США — почти в 2 раза дешевле. В Казахстане железнодорожные перевозки почти на 40% дешевле, чем у нас. Неужели не ясно, что дорогой транспорт затрудняет экономическое развитие реального сектора экономики? Нужно в корне изменить политику в отношении транспортной системы с помощью прежде всего отказа от чрезмерных фискальных поборов.

Требуется пересмотреть и устоявшиеся взгляды на региональную промышленную политику. Скажем, могут ли являться локомотивами развития регионов особые экономические зоны? Пока практика этого не подтверждает. Нужны такие меры, чтобы вся Россия стала особой экономической зоной — местом, благоприятным для развития промышленного производства.

И тут не обойтись без экономической российской науки, которая имеет огромный задел по планированию, математическому моделированию развития экономики. Ранее, при СССР, этим достаточно компетентно занимался Госплан. Но и сейчас, в иной экономической формации, не следует отказываться от планирования, в чём у нас есть серьёзные наработки, опыт и инструменты. Сохранились традиции, научные школы и институты: Институт народно-хозяйственного прогнозирования Академии наук, Институт прикладной математики им. Келдыша, Центр макроэкономического анализа и прогнозирования и ряд других. Нам пора признать, что отрицание необходимости планирования развития экономики — не в традициях России, это скорее исключение, чем правило. Нам следует вернуться к практике разумного развития страны, базирующегося на научно обоснованных прогнозах и стратегиях, а не на прогнозах конъюнктуры цен на сырьевые товары.

— ПОРА ЗАКАНЧИВАТЬ рассматривать таргетирование инфляции в качестве основной цели финансовой политики, — призвал председатель наблюдательного совета Института демографии, миграции и регионального развития Юрий Крупнов. — Настала пора совершить промышленный рывок за счёт разработки и реализации генеральной схемы размещения рабочих мест и производительных сил в муниципальных районах РФ и Евразийского экономического союза. В итоге будет решена задача заново обрести промышленно-технологический суверенитет страны.

Сегодня же положение удручающее: с 2012 по 2016 год у нас ликвидируется от 4,2 млн рабочих мест (2014 год) до 3,1 млн, или порядка 10% (!) ежегодно. И это без учёта субъектов малого предпринимательства. Одновременно создаётся рабочих мест существенно меньше. То есть, даже по официальной статистике, постоянно и стремительно уменьшается количество рабочих мест. Вот почему, согласно данным Росстата, помимо официальных 4,3 млн безработных, у нас 12 млн граждан «работающих бедных», которые получают зарплату в пределах и ниже МРОТ. А всего из 76 млн человек трудоспособного возраста лишь 21 млн (27%) имеют рабочие места более-менее высокой степени достоинства (в соответствии с параметрами МОТ — Международной организации труда), 55 млн граждан не имеют полноценных рабочих мест. Поэтому основным приоритетом регионально-промышленной политики и сутью промышленного рывка должна быть семилетка перспективной занятости. Мы должны создать минимум 10 млн промышленных рабочих мест высокой степени достоинства. Причём создать их в регионах. Важно при этом учитывать муниципальные районы, которые должны стать основной стратегической единицей промполитики. Муниципальных районов у нас 1814, и некоторые из них, особенно те, что за Уралом, по площади намного превышают такие страны, как Франция. На этих 1814 муниципальных районах и надо сосредоточить усилия промышленной политики.

Содержанием промполитики должна стать формула: каждому трудоспособному гражданину — рабочее место высокой степени достоинства рядом с домом! В процессе решения этой задачи будут созданы сквозные федеральные национальные индустрии, конкурентоспособные в мировом хозяйстве. При этом генеральная схема размещения рабочих мест должна опираться на выдающиеся достижения начала 1960-х годов.

К примеру, в производстве льна Россия до революции и позже, в 1936 году, была мировым монополистом. На лён и волокно из него и сегодня существует колоссальный спрос в мире. У нас же всё льнопроизводство развалено. И мы, имея зарастающими не менее 20 млн гектаров, фактически в 10 раз больше, чем нужно для создания мировой монополии по льну, не можем восстановить эту монополию? Позор! Государственная поддержка мизерная. И самая главная проблема в том, что техническая оснащённость на хозяйственной переработке льна — это металлолом. В течение 20 лет в льносеющем хозяйстве не меняли ни одной единицы техники. А ведь лён — трудоёмкая культура, он требует специализированной техники. Сегодня никто её не выпускает. Государство, ау! Ты где? Давай работать, давай делать национальные индустрии!

 

— ПРОМЫШЛЕННОЕ развитие в нашей стране начнётся тогда, когда регионы России будут развиваться в равных условиях, — заявил председатель Общероссийского движения поддержки флота Михаил Ненашев, депутат Госдумы пятого созыва. — У нас идёт перераспределение бюджета в пользу тех, кто шантажирует центральную власть. Или очень ловко работают региональные лоббисты, туда деньги уходят. К примеру, ещё будучи депутатом Госдумы от Мурманска, я возмущался, когда на юбилей одного города, столицы республики, выделили 30 млрд рублей. А это бюджет целого региона — Мурманской области. Мы не сможем построить заводы, предприятия, когда в России постоянно будет диспропорция.

Академик, научный руководитель Института океанологии им. Ширшова РАН Роберт Нигматулин напомнил собравшимся, что лет пять назад президент РФ обещал создать 25 млн высокотехнологичных рабочих мест к 2020 году. Где они? Кроме того, было обещано к 2020 году построить 32 новых блока атомных электростанций. Реально будут построены лишь шесть. Подобные просчёты связаны с тем, что руководство экономикой осуществляется на весьма низком уровне. Академик привёл в качестве доказательства пример того, что в правительстве не понимают уравнение межотраслевого баланса Леонтьева, которое доказывает, что промышленное производство и потребление зависят друг от друга.

— Если нет потребления, то нет и производства, — отметил Р. Нигматулин, — если государство не делает заказ на крупное промышленное производство, то его и не будет. Если у граждан нет средств, чтобы летать самолётами, то и в производстве самолётов нет нужды. У нас сейчас около 80 млн пассажиров. Это 0,6 полёта в год на человека, а в США — 2,6 полёта. Вот почему у нас производство гражданских самолётов почти прекращено. А почему люди не летают? Потому что с семьёй в отпуск на зарплату в 20 тыс. рублей на человека (более половины имеют такой доход) никуда лететь не захочешь. Для того чтобы развивать авиастроение, нужно, чтобы наш простой народ мог летать. Без этого не нужны самолёты.

И в то же время 0,5% семей (это 200 тыс. хозяйств) имеют доход более 5 млн рублей в месяц на человека. В сумме это около 10 триллионов рублей в год. А федеральный бюджет сейчас — 13—14 триллионов рублей в год. И это же неправильно! Давайте начнём с 0,5% семей, посмотрим на сверхбогатство. Не надо никаких деклараций, давайте за их счёт хотя бы один триллион добавим в бюджет! Тем более что он у нас даже по европейским меркам слишком «худой»: всего 30% нашего ВВП, а у европейцев — 50% от их ВВП. Кстати, на социальные расходы и развитие человека, а также покупательский спрос у нас тратится 10% госбюджета, а в Европе — 25%. Это — на здравоохранение, образование, на науку и культуру. Поэтому и смертность у нас высокая. Мы каждый год по сравнению с 1990-м, перед этой «революцией» 1991 года, по уровню смертности дополнительно теряем почти 350 тыс. человек. Вот что такое нищета в здравоохранении, нищета в образовании.

Главная причина всех экономических кризисов —недостаточный покупательский спрос (и на Западе то же самое), определяемый балансовыми уравнениями Леонтьева. Второй важнейший закон звучит так: главный инвестор экономики — это народ, получающий сбалансированные зарплаты. Не банк, не кредитные организации, а народ. Когда Генри Форд хотел развить производство автомобилей, он начал заботиться о том, чтобы их купили. Он добился того, чтобы в США ввели закон о минимальной заработной плате, чтобы средние зарплаты стали выше, и тогда он развил автомобильную промышленность.

Перед знаменитым кризисом в Америке в 1927 году почти 20% ВВП забирал себе один процент населения, а Рузвельт довёл эту долю до 8% — и Америка рванула вверх: построила дороги, промышленность и так далее. Постепенно, начиная с Рейгана, богатые снова начали отменять все эти законы, избегать налогов. И Америка опять покатилась из кризиса в кризис. У нас же, по моим оценкам, более 40—60% ВВП один процент (сверхбогачей) себе забирает. Поэтому задавлен покупательский спрос. Начать нужно с малого: следует поднять хотя бы налог для тех, кто, скажем, получает больше 30 млн руб. в год. Пусть они заплатят не 13%, а 25%. Они от этого не обеднеют, а мы получим лишний триллион рублей в госбюджет и тем самым повысим покупательский спрос, потому что этот триллион даст дополнительную зарплату учителям, врачам и так далее.

Недавно нобелевский лауреат Джозеф Стиглиц на-писал про один процент сверхбогатых: «Великое разделение. Неравенство в обществе, или что делать оставшимся 99% населения? Нельзя оживить рост экономики за счёт экономии, связанной со снижением спроса, что приведёт к ещё большему снижению производства». При сокращении госрасходов снизится спрос, увеличится безработица и будет депрессия.

Поэтому в кризис госрасходы следует сохранить или даже увеличить, чтобы создать рабочие места, поднять налоги для очень состоятельных людей. Без этого не будет экономического роста, не будет роста региональной экономики. О том же говорил Людвиг Эрхард, который был канцлером Германии, когда осуществляли «немецкое чудо»: «Покупательский спрос должен умеренно опережать производственные возможности». А там, где имеется аномальное неравенство, как у нас, когда один процент захватывает более 40% доходов домашних хозяйств, происходит торможение роста экономики.

Минимальная зарплата должна быть эквивалентна стоимости примерно тысячи литров бензина. И для того чтобы у нас развивалась экономика, нужно получать 50% ВВП в госбюджет и 40—60% ВВП в оплату труда для 95% работающих. Пока не будет у нас народ иметь достойные зарплаты, он ничего купить не сможет и не будет никаких инвестиций. А все разговоры о том, что рост производительности труда должен опережать рост зарплат, — лишь дымовая завеса, под прикрытием которой чиновные нувориши продолжают грабить Россию и набивать свои карманы.

КТО И КАК ТЯНЕТ «РЕПУ» КОРРУПЦИИ

Коррупция в России настолько укоренилась, что эту выращенную в тепличных условиях «репку» не может вытянуть никто – ни дедка, ни бабка, ни жучка, ни внучка. Получается, что корчует власть не ту репку, а какой-то муляж вместо нее. А «бабки» – наш государственный бюджет, разворовываются.

Характерно, что еще несколько лет назад вопросы борьбы со злом обсуждались за круглыми столами чиновников с общественностью. Нынче обсуждения крайне редки, а главным защитным козырем власти стало неожиданное открытие: коррупция существует во всех странах.

Уровни коррупции

Одним из свидетельств реальной борьбы с коррупцией, на мой взгляд, является тот уровень, до которого поднимается государство, выявляя коррупционеров. Например, в Саудовской Аравии комитет по борьбе с коррупцией раскрыл схемы, по которым были задержаны 4 министра и 11 принцев, а с ними еще 208 вероятных взяточников.
В Бразилии около 1 года назад бывшему президенту Дилме Русеф был объявлен импичмент за незаконное распределение государственных средств. А в этом году прокуратура предъявила обвинения в коррупции действующему президенту Мишелу Темеру. Для этого были проведены масштабные расследования.
В нашей стране, если в СМИ проходит информация о незадекларированной недвижимости высокопоставленных лиц, то официальных расследований по публикациям не проводится. А депутаты Госдумы или Совета Федерации делают на этот счет заявления типа «это оговор, я никогда не поверю, я за него ручаюсь». 
За четверть века страна наработала позорную практику расследований коррупционных дел в отношении элиты. Это и дело экс-министра обороны А. Сердюкова с его спутницей Е. Васильевой, дело по игорному бизнесу подмосковных прокуроров, и многие другие уголовные дела с декоративным исходом расследований.
Целая серия уголовных дел в отношении экс-губернаторов и дело по обвинению во взятке экс-министра А. Улюкаева лишь подтверждают глубину коррумпированности чиновничества в России. Говорить о тех делах как об открытой войне с коррупцией – явная переоценка.

Бои регионального значения

С арестом по подозрению во взятках Никиты Белых коррупция в Кировской области существенных потерь не понесла. Произошло лишь ослабление одного клана с одновременным укреплением другого. В небольших регионах страны обстановка с коррупцией еще более глубинна и непоколебима. Это как в большой деревне, где все друг друга знают, все видят криминальное болото, но молчат. От этого коррупционеры только наглеют и страхуют друг друга, как это делают альпинисты, находящиеся в одной связке.
Я бы назвал несколько криминальных сфер, своего рода отраслей криминала, характерных для нашего региона. У нас нет нефти и газа, нет алмазов и других подобных даров природы, где ставки особенно высоки. Доведена до состояния полуагонии алкогольная промышленность, которая часто притягивает игроков криминала. Но это не значит, что коррупционерам нечем заняться.
На мой взгляд, коррумпированной десятки лет является лесная промышленность. Серьезно криминализован банковский сектор, особенно по крупным кредитам в АПК. Процветает коррупция в сфере банкротства предприятий, где судьи, конкурсные управляющие, правоохранительные органы и третьи лица работают в одной связке, страхуя друг друга от уголовной ответственности. 
Миллиарды рублей были похищены по кредитам, выданным владельцам птицефабрик «Кировхлеба», а для объективного разбирательства уголовное дело даже не возбуждалось. Ушли в частные карманы миллиарды по кредитам, взятым для птицефабрик фиктивного агрохолдинга «Аль-Пари». Уголовное дело хотя и было возбуждено, но расследование проведено и предъявлено обвинение по 2–3 эпизодам, хотя таких эпизодов сотни. Остались безнаказанными крышеватели в правоохранительных структурах и в правительстве области.

Коррупция межрегионального значения

В настоящее время в Кировской области расследуется уголовное дело, связанное с хищениями как минимум 837 млн рублей, которые должны были поступить в государственную казну, но на пути продвижения осели в карманах высокопоставленных лиц. Для реализации коррупционной схемы в г. Кирове было создано ООО «РенБизнесАвто», зарегистрированное в Набережных Челнах.
Данная компания занималась оптовой торговлей автомобилями. Злоумышленники приобретали на предприятии-производителе КамАЗы с устаревшими экологическими стандартами (с двигателями 2-го класса), а продавали их под видом «Евро-4». В результате этой схемы ООО уходило от уплаты утилизационного сбора на автомобили КамАЗ, а цены реализации были выше установленных, что и составляло «прибыль».
В начале октября 2017 г., как сообщили «БИЗНЕС Online», в офисе компании ООО «РенБизнесАвто» был проведен обыск, с выемкой документов. Следственные действия проведены силами ФСБ и СКР Кирова, а сопровождение обеспечивалось сотрудниками, вооруженными автоматами.
Сообщается, что по указанной схеме было зарегистрировано в МРЭО ГИБДД управления МВД по Кировской области порядка 279 КамАЗов. Известно также, что в Кировскую область автомобили для регистрации не прибывали. Для этого использовались фотографии номерных узлов и агрегатов.
Преступная схема была выявлена по информации Сергея Павлиновича Мамаева, в то время депутата Госдумы России, ныне руководителя фракции КПРФ в заксобрании Кировской области и лидера КПРФ в регионе. Еще в конце 2015 г. в его руки попал рапорт инспектора ГИБДД из Краснодарского края, в котором сообщалось о задержании КамАЗа с противоречивыми характеристиками. Так, автомобиль выглядел совсем новым, а регистрация значилась годом раньше. К тому времени подобных сигналов было несколько, прежние поступали из других регионов. Информация для проверки шла в МРЭО ГИБДД Кировской области, по месту регистрации, но там и оставалась.
С 8 мая 2015 г. УМВД Кировской области возглавил К.Н. Селянин, прибывший к нам из Кемеровской области. Встреча с ним депутата Сергея Мамаева оказалась своего рода проверкой на «зрелость» в борьбе с коррупцией, ведь речь шла как раз о руководителе Управления ГИБДД Александре Плотникове, полковнике полиции и подчиненном Константина Селянина. Как рассказал мне сам Сергей Мамаев, разговор был прямым и даже жестким. Без ведома Александра Плотникова коррупционная схема практически не могла работать. И депутат, прощаясь, дал Константину Селянину трое суток, чтобы тот разобрался и решил вопрос с увольнением Плотникова.
Со слов Сергея Мамаева, личность А. Плотникова была известной в регионе еще и тем, что к нему трижды применялось дисциплинарное взыскание – объявление «о неполном служебном соответствии», однако тот сохранял свою должность и выходил из воды сухим там, где другому подобное не позволялось. Иными словами, это человек с крышей очень высотного дома, каких в Кирове не так много. Было похоже и на то, что поддержка имела прописку в Москве. С поставленной депутатом задачей Константин Селянин не справился. Вместо того чтобы провести серьезную проверку, службы УМВД стали выяснять, откуда произошла утечка информации по КамАЗам к депутату ГД С. Мамаеву. 
После этого Сергей Мамаев был вынужден обратиться с заявлением в МВД. Но и оттуда помощь шла очень долго. За это время Константин Селянин получил звание генерала, а руководитель СУ Следственного комитета области Григорий Житенев сменил регион службы на Башкирию, а с июня 2017 г. стал руководителем Главного управления ПК СК РФ.
В результате помощь со скоростью дряхлой клячи (в век космических скоростей) пришла по линии ФСБ. Уголовное дело расследуется Следственным комитетом при новом руководителе, при поддержке оперативных служб ФСБ области. Осталось подождать, каковы будут результаты.
Что касается Сергея Мамаева, то он ждать умеет. С его легкой руки службы ФСБ раскрутили уголовные дела в отношении двух экс-губернаторов – Кировской области и Марий Эл. А возглавляемый им региональный Антикоррупционный комитет имени Сталина продолжает работу. И без пищи для проведения своих расследований не остается. Наличие такого органа не позволяет спать беспробудным сном органам, в чьи обязанности входит борьба с криминалом, и с коррупцией в частности.

Служа закону, служить коррупции?

Наша страна уникальна еще и тем, что Государственной думой РФ издаются законы, которые дают коррупционную пищу для чиновников, сотрудничающих с криминалом. Взять, например, законодательство в сфере госзакупок. По данным главы антимонопольной службы Игоря Артемьева, около 90% всех госзакупок осуществляется у единственного поставщика. В 48% случаев товары и услуги закупаются напрямую, а в 41,8% случаев то же самое делается в завуалированной форме. 
Еще, по данным ФАС, около 85% служащих – организаторов торгов, заранее подгоняют критерии оценки заявок под нужный им результат. В итоге торги превращаются в профанацию: больше половины их ушло в «серое» поле. Аналогичная ситуация повсюду.
Антимонопольная служба Саратовской области, например, только по одному аукциону уличила в картельном сговоре для участия в госзакупках четыре ООО и три ИП. Все участники оказались зарегистрированы с одного IP адреса и в процессе аукциона действовали в пользу ООО «Центр медицинского обеспечения Саратовской области», которое и стало победителем всех 17 аукционов.
Не отстает от других регионов и Кировская область, где чиновники команды нового губернатора Игоря Васильева также продвигают интересы определенных фирм на дорожных аукционах. В итоге при ремонтных работах на дороге «Киров-Русское», на одном из участков, московская фирма «АРПТ», победившая на аукционе, уложила асфальт толщиной аж в 1 см вместо 4-х см по нормативу. Участок сразу стал давать трещины, и тогда представитель «Дирекции дорожного хозяйства г. Кирова» объяснила дефекты некорректной работой асфальтоукладчика. Якобы произошел сбой в нивелировочном устройстве.
Спрашивается, в чем логика привлечения к аукционам по ремонту дорог фирм, которые находятся от региона за сотни километров, тогда как на местах имеются свои дорожные предприятия? Объяснение может быть одним: конкретным «жучкам» и «внучкам» очень хочется вытянуть «репку», и они обращаются за помощью к своим «дедкам».

Александр ЧУПРАКОВ

 

Добавить комментарий

Plain text

  • HTML-теги не обрабатываются и показываются как обычный текст
  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.
  • Строки и параграфы переносятся автоматически.
CAPTCHA
This question is for testing whether you are a human visitor and to prevent automated spam submissions.
2 + 7 =
Решите эту простую математическую задачу и введите результат. Например, для 1+3, введите 4.